Иркутские Кулуары №14

 

Embed or link this publication

Description

Иркутские Кулуары №14

Popular Pages


p. 1



[close]

p. 2

содержание: стр. 9 стр. 62 стр. 5 стр. 20 стр. 58 стр. 24 33 стр. стр. 28 стр. стр. 68 76 стр. 35 стр. 72 стр. 38 стр. 41 стр. 46 53 стр. стр.  79 

[close]

p. 3

от редактора панировочные сухари должны были быть. Должны были. Должны сильно, как мне казалось, быть. Но их не было! Были просто сухари – большие, так сказать, и красивые. Были специи. Была даже какая-то дурацкая соломка-шмоломка, которую мне предлагали вместо панировочных сухарей. Как будто я идиот и в принципе не знаю, что на самом деле нужно для куриных котлет! Предлагали, правда, и некую смесь для панировки, которая стоила недорого – 15 рублей, но состояла из таких мелких ингредиентов, почти пыли, что не могла считаться полноценными панировочными сухарями. По определению не могла! Не способна пыль создать хрустение, создать ощущение маленького гастрономического счастья… Но продавцы пытались мне эту пыль впарить, и, видит Бог, я был мил и спокоен! А когда решил-таки плюнуть, выматериться и разбить что-нибудь дорогостоящее перед уходом, мне вдруг улыбнулась одна девушка за прилавком и произнесла: «Ну как же! У нас есть панировочные сухари!» И показала на них. И это точно были они. И разных видов. И… Чё и? Купил я их, и всё! Так и с нашим областным центром, чтоб вы знали. Если учитывать пыль, то тогда некоторое удовлетворение от проживания в городе – да, есть. Допустимо. Вроде. Как бы. Типа: ничего же зимой не размораживается! Же ж. И звезды шансона ЕЗДИЮТ. Вон тот же Жека приезжал. Сам! Но если вдруг захочешь «похрустеть» жизнью, получить пусть маленькое, но счастье от того, что ты живешь именно в Иркутске… Если захочешь вдруг погордиться местом своего проживания и похвастать чем-нибудь сугубо иркутским перед, скажем, пермским, донецким или ниццевским, то… То ведь не сможешь же! Нет для этого основания! И ничего не остается, как идти покупать билеты до Москвы, Екатеринбурга, Новосибирска… Или просто выматериться и идти жарить обыкновенные куриные котлеты. Без панировки. Как мне кажется. Тёзки Здравствуйте! Я расскажу одну историю – только вы не смейтесь. На днях я искал панировочные сухари… Как мне кажется, любой нормальный мужик должен хоть раз в жизни искать панировочные сухари! Так вот, я искал эти сухари и забрел на Центральный рынок… Как мне кажется, любой нормальный мужик хоть один раз в жизни, но забредает на Центральный рынок! И я, значит, забрел и попёрся по рядам, в которых эти гость номера  

[close]

p. 4

Светлана Васильевна, Светлана Викторовна и Светлана Владимировна все вместе встретились в нашей фотостудии впервые, и тут выяснилось, что так или иначе они давно друг друга знают! Светлана Васильевна, начальник отдела этноконфессиональных отношений, Коноваловой стала совершенно недавно. Была когда-то Черных, потом Плохотниковой. Редкая женщина, она уже после 50 поменяла фамилию, потому что … снова вышла замуж! О своём возрасте и об отношении к жизни говорить, в отличие от многих, не стесняется: – Мы с мужем одноклассники. И, вы знаете, я в нём увидела то, чего не хватает мне. У каждого из нас – свой багаж, и если делиться этим, а не придираться к тому, что не похоже на твоё, можно жить долго и счастливо. Когда-то мне пришёл стих: Я научилась летать в облаках Белых, розовых и голубых, Но не познала ещё пока В полной мере я благ земных. А теперь могу сказать, что и земное счастье мне стало доступным. Взаимная любовь наполнила мою жизнь необыкновенной гармонией. Родители Светланы Васильевны вместе почти 60 лет, познакомились в плавании по Тихому океану – оба работали на корабле, проплыли полЗемли, были и в Америке, и в Индии. А Светланины дочки… Младшая учится в инязе, а старшая живёт в Шотландии, вышла там замуж, родила двух  сынишек, Росс-Александра и Джонатана-Дэвида. Светлане Васильевне нравятся имена внуков, Росс – как сокращённое от «Россия», а Джонатан – это по-нашему Иван. Теперь у неё один заграничный маршрут: «Россия – Шотландия». Светлана родилась, как и великий русский оперный бас Фёдор Шаляпин, 13 февраля. И тоже стала петь! И тоже в опере! – Аннён хасеё! – это покорейски «здравствуйте!». Я преподавала вокал в корейском университете без аккомпаниатора и без переводчика. Так что язык приходилось осваивать на ходу. С нами, преподавателями из Китая, Канады, Америки, России, занимались по особой программе, без использования наших родных языков. И студентам, которых я обучала, иногда было смешно меня слушать, видимо, говорила я не всегда то, что имела в виду. Но контакт с ребятами у нас был хороший, с удовольствием вспоминаю 4 года, проведённых в этой загадочной стране. Сейчас Светлана преподаёт сольное пение уже на русском и уже с аккомпаниатором в Иркутском музыкальном училище, а ещё руководит вокальным отделением в музыкальной школе № 5 в Академгородке. И продолжает давать концерты вместе с «Барокко». Каждый месяц. В прошлом году стала лауреатом международного конкурса в Болгарии. Света начинала на ИГТРК в детской программе «Странички», потом был 21-й канал «СТВ», потом – телекомпания «Город», дальше – АИСТ, ну, а теперь – Всеволод, двухлетний принц, который пока претендует на всё свободное время и внимание мамы. – Теперь-то я поняла, что всё в жизни состоит из периодов. И к этим периодам надо мудро относиться. Когда роди- В Иркутском музыкальном театре она играла (работала, как говорят музыканты) Адель в «Летучей мыши», Галатею в «Прекрасной Галатее» Зуппе, в «Юноне и Авось» Богоматерь, Лизу в «Марице». Одним словом, c её лирико-колоратурным сопрано ей доставались роли молодых, красивых и голосистых. А потом жизнь сделала крутой поворот, и Светлана оказалась в Южной Корее. ла Севу, мне все говорили: дети – это такое счастье! А я думала: где оно, счастье? Ты умыться едва успеваешь, про причёски-маникюры и не думаешь, совершенно не высыпаешься, времени не хватает ни на что! Муж, конечно, здорово мне помогал, но он всё равно весь день на работе. Оказывается, многие пары распадаются на первом году жизни ребёнка – жены не выдерживают, что мужья их не понимает, мужья обижаются на жён. Но всё проходит, один период сменяется другим. И уже ребёнок подрос, и с мужем отношения гармоничные, и на работу собираюсь выходить. Света любит не только работать, но и учиться. Даже вечным студентом себя называет, потому что к двум своим высшим образованиям с удовольствием бы добавила знания по юриспруденции – и  уже необязательно с дипломом, а просто для себя. А для себя, значит, и для работы – журналистика же многогранна. Светлана Васильевна тоже любит осваивать новое. После института иностранных языков она работала диктором в аэропорту, стюардессой. Преподавала иностранные языки в школе, в училище умудрялась студентов в одной группе одновременно обучать двум разным языкам – и получалось! Но самое интересное происходило в детском саду: выяснилось, что ребятишки усваивают не 50 и даже не 80% предлагаемого материала, а все 100! Это Светлана Васильевна выявила, применяя свою, как сейчас бы сказали, авторскую методику обучения английскому языку маленькой дочки – ей не было 3 лет – и её ровесников. Просто сказки, стишки и песенки как-то сами получались русско-английскими: Видит в поле мышка, mouse, Очень славный домик – house. Ну, и так далее. А если ещё и рисовать, хороводы водить, театрализованные представления ставить для закрепления языкового материала, тут и взрослый любой заговорит, не то что ребёнок! А в иркутской школе № 50 она вела очень популярный тогда среди школьников разных стран КИД – клуб интернациональной дружбы, он был лучшим в городе. Сегодня

[close]

p. 5

Светлана Васильевна продолжает объединять людей разных национальностей: – У нас в области работает больше 90 национально-культурных обществ. Мы проводим встречи, фестивали, конференции, общаемся как добрые старые друзья. На днях я была у татар, они говорят мне: «Да, вы же наша!» А я и вправду чувствую себя членом каждого национального объединения – меня везде признают своей. Светлана любит работать с детьми и видит, насколько чуткого и высокопрофессионального подхода они требуют. Юных певцов постоянно нужно проверять: если дать слишком большую нагрузку ребёнку до 12 лет, если его «раскачивать» на большой звук, он начнёт вдыхать слишком много воздуха. А лёгкие у него ещё маленькие, голосовой аппарат не сформирован, и может произойти всё что угодно, даже нарушение кислородного баланса. Настолько всё тонко. Так же тонко, как и в семейных отношениях: “ Очевидец Всего эмоционально не переработаешь, поэтому выбирать нужно не путь непрерывной борьбы, а путь, с которым внутренне согласна. Радоваться сегодняшнему дню окрестным рекам, речушкам и по Байкалу в поисках камней. Как зачем? Чтоб альпийскую горку соорудить! Потому что не любой камень для этой цели подойдёт, и растения специальные для неё нужны. Клумбы тоже разные бывают. И Свете хочется, чтобы не как в английском саду, не как в японском, а как в её собственном саду клумбы были разные, но в одном стиле, чтобы было красиво. Вся в идеях. – И хочу, наконец, начать заниматься танцами – в детстве не натанцевалась. Но тут надо по времени всё сбалансировать. Детки в садике сильно тоскуют без родителей, и когда забираем сына домой, хочется, чтобы он любовь нашу чувствовал, и ему нравится с родителями быть. Вот такие они, Светланы В. Коноваловы . Разные. И очень похожие. Настолько, что их иногда даже путают. Однажды на Свету-журналистку обиделся коллега. Он сходил на концерт Светланыпевицы, а журналистку обдал презрением: – А, так это не ты поёшь?! – Не я, – ответила Света. (На самом деле она очень любит петь, но обычно её просят песню заменить стихотворением). – Почему же тогда на афише написано: Светлана Коновалова??? Бедный юноша! Он не читает наш журнал и не знает, что на свете существуют тёзки! – Я с годами – а мы с мужем уже 25 лет вместе, юбилей! – прихожу к тому, что человек, который живёт рядом с тобой, тоже имеет право на свою жизнь. Да, в какие-то моменты вы с ним согласны, в какие-то не согласны, ну и проводите эти моменты врозь, отдыхайте по-разному, давайте жить другому. Если он принимает меня с теми обстоятельствами, которые есть, значит, мне нужно смириться с его обстоятельствами. Должна быть взаимная свобода. Жизнь на Востоке научила Светлану тому, что эмоции вредно тратить. Что всего не переработаешь эмоционально, и поэтому выбирать нужно не путь непрерывной борьбы, а путь, с которым внутренне согласна. Радоваться сегодняшнему дню. Она и радуется. А ещё мечтает дать сольный концерт «Любовь и жизнь женщины в русском романсе». А Света мечтает освоить ландшафтный дизайн. Увлечение это для неё новое, знаний пока мало. Зато есть 18 соток земли, уже п о с а ж е н а живая изгородь из барбариса и три куста роз. Оказывается, растут прекрасно в сибирском грунте, цветут вовсю и благоухают, розыто! Пол-лета вся семья ездила по Что нужно деха cебя великим Сказать увраха», потМономаха, А утром в с е м быть… лать, чтоб без страощутить? Христу «шалом рогать шапку – обо з а - Что нужно делать, чтоб без страха cебя великим ощутить? Сказать Христу «шалом увраха», потрогать шапку Мономаха, А утром – обо всем забыть… (Имя автора сего вирша не разглашается во избежание…). Вообще говоря, это был чистый эксперимент. Нет, конечно же, нацеливался я на победу. В том смысле, что собирался побороться за депутатский мандат в Думу Иркутска вполне по-серьезному. Уже продумал (и подготовил) образцы агитации, поговорил предварительно с жителями нашего околотка. Мое преимущество – как я сразу прикинул – в том, что нашим районом никогда не интересовался никто из кандидатов в какие бы то ни было депутаты. Почему? А такой район… специфический.  Вроде и город он – и даже не далекая окраина на отшибе, у черта на куличках. Не такая окраина, как Ново-Ленино, например, откуда до центра Иркутска добираться в среднем столько же времени, как и из Усть-Орды и уж, во всяком случае, намного дольше, чем из Хомутово или Пивоварихи. Из Капая (так называется мой околоток) до «серого дома» пешком, не слишком торопясь, доходишь минут за 25-30. Но с другой стороны, это уже как бы и не совсем город. Как с точки зрения чистой географии, когда за пять минут, выйдя из дому, попадаешь уже «на природу»: тут тебе речка, тут тебе лес, и все прелести не слишком тронутой человечеством естественной жизни. Соответственно, специфический тут и народ живет. Я вообще заметил, что сама среда обитания оказывает на умострой людей очень большое влияние. Живущие в многоэтажках «асфальтовые» горожане даже мыслят подругому, чем жители частного сектора. И привычные «асфальтовым» горожанам приемы агитации и пропаганды в отношении «частников» не проходят. Капай же со времени своего основания (а самое древнее о нем упоминание я нашел в газетной вырезке за 1910 год – уже тогда тут селились люди) стоит вообще особняком к «гламурной» городской «элите». Уже хотя бы потому, что эта «элита» знать ничего не желает про такие окраины. И психологический тип горожанина-«частника» выработался вполне определенный: недоверчивый, самодостаточный, не желающий и слушать всяких там заезжих пустословов-агитаторов. Предыдущим депутатом от Капая числился полковник Салтыков, заместитель начальника ИВВАИУ. Числился – потому что жители Капая за него не голосовали, да и он никак даже и не пытался их на свою сторону склонить. Полковника Салтыкова выбрали курсанты-выпускники училища, которые сразу же после голосования (которое проходило в один день с выпуском из учи- 

[close]

p. 6

лища) навсегда покинули Иркутск. На этот раз, в связи с ликвидацией ИВВАИУ, ситуация изменилась, и к нашему округу появился интерес. Именно на Капай, где живу уже четверть века, я и решил сделать ставку. Конечно, в округ входит еще и аэропорт с довольно значительным жилым комплексом вокруг него, и территория бывшего ИВВАИУ, где живет много людей. Но основную работу я предполагал вести у себя – хотя бы потому, что здесь живут люди, которые меня знают и которых знаю я. А ведь правильные выборы могут быть только тогда, когда люди знают друг друга лично, не правда ли? На нынешних выборах было два варианта выдвижения кандидатов: от партий и через сбор подписей – одного процента от числа избирателей. Партийный вариант с точки зрения чистоты эксперимента представлялся мне не слишком привлекательным. Во-первых, не люблю партии. Все. Любые, без предпочтения символики и идеологической мишуры, каковой оные партии себя окутывают и декорируют. Во-вторых, не люблю просить. Не верь, не бойся, не проси – этот принцип свят для любого вменяемого человека, тем более для любого, кто хочет серьезно что-то значить в настоящей политике. Поэтому проситься к партиям «в список» не пошел. Хотя варианты и были – намеки, скажем так, со стороны ЛДПР, КПРФ и «справороссов» звучали. Но я от всех вежливо уклонился. Один процент избирателей в моем случае – это 132 подписи. Ничего заумного, и действительно 10 нашлись и добровольные помощники, и собственно избиратели, пожелавшие подписи поставить. За три дня мы собрали почти две сотни подписей и решили уже нести их в избирком. И отнесли. А в избирательных правилах имеется множество тонкостей и нюансов, за которые удобно цепляться. Нормальному человеческому уму они кажутся дикими, но dura lex, как говорится. Дурато она дура, но есть верхний предел числа подписей, которые можно сдавать в избирком. То есть если у меня на округе 13 200 избирателей, я не могу сдать 200 подписей, а только 145. Один процент от числа избирателей (132 подписи) плюс 10 процентов сверху. Пришлось собственноручно вычеркивать «лишние». Те, что мною вычеркнуты, более уже избиркомом не учитываются. Подписи я сдал и стал ждать решения избиркома. А он не торопился. А 10 сентября у него последний день принятия решения о регистрации кандидатов. И 10-го избирком мне сообщил, что забраковал у меня целых 33 подписи. Причина? А в подписном листе, в графе «адрес», не указано было «город Иркутск». И моя попытка объяснить, что этого на муниципальных выборах по закону не требуется, действия не возымела: члены избиркома сослались на инструкцию, которую им дали вышестоящие члены – вышестоящего избиркома. И мы пошли в суд. Он у нас свободный и независимый, как известно. А коли выборы в Октябрьском районе города Иркутска, то и исковое заявление подали в Октябрьский суд. Он обязан рассмотреть иск в течение трех дней. Три дня прошли. И четыре прошли. А на седьмой день сам заместитель председателя Октябрьского суда сказал, дескать, так ты же не туда исковое подал! «Как не туда? – не понял я. – Ведь Октябрьский же район?» Район-то Октябрьский, объяснил мне судья, да вот избирательная комиссия находится на Декабрьских Событий, то бишь в Куйбышевском районе. «А вы сразу-то не могли об этом сказать? -- вскричал я. – Зачем было целую неделю в молчанку играть?» И ответом мне была тишина… А я побежал в суд Куйбышевский, где, конечно же… сроки все уже пропустил. И конечно же, суд Куйбышевский, не рассматривая искового заявления по существу, отклонил его просто по истечении сроков. А параллельно – по журналистским делам – постоянно бывал я в это же время и в других судах: Кировском и Свердловском. И везде видел одну и ту же картину. «Как будто бы кто команду дал – одномандатников «резать»!» – убежден один мой знакомый адвокат. А может и правда? Может, была такая команда? Может, не хотелось кому-нибудь влиятельному или группе влиятельных допустить в городскую Думу никого, кроме «партейных»: своих, понятных и, значит, управляемых депутатов? С несвоими, непонятными и малоуправляемыми, такая ведь маета: разговаривать с ними надо, обрабатывать каждого отдельно! Куда легче – на политсовете или по директиве приструнить и направить. Фракции в представительном органе власти – гениальное изобретение для повышения управляемости всей структуры! Но, в общем, эксперимент свой я оцениваю положительно – убедился в практической достоверности целого ряда положений, которые ранее мне были известны скорее теоретически: 1. Демократия – это не та система, которая позволяет что-либо менять: она, напротив, на- илучшим образом служит для того, чтобы ничего и никогда не менялось. 2. Для управляемости демократии вовсе не надо мухлевать с бюллетенями. Достаточно ограничить выбор между шилом и мылом. Чтобы даже в худшем для действующей власти варианте проходили все же… предсказуемые кандидаты. Предсказуемые на 100%. 3. Анекдот не врет. Помните, когда армянское радио спросили: «Возможна ли у нас многопартийная система?» Армянское радио подумало и ответило: «Нет, столько дармоедов мы не прокормим». Точно! И еще, конечно, лишний раз подтвердилось главное… Не верь, не бойся, не проси! Один мой коллега сказал, что главный результат этих выборов – его полная потеря веры в человечество. Да ну их, эти глобальные выводы! Я не ко всему человечеству пошел за голосами, а к 11 с небольшим тысячам жителей бульвара Рябикова и улицы Маршала Конева. Пошел и за ответом на вопрос: «А что ж вам от депутата надо?» Укомплектовавшись тетрадью для записей и помощником (помощницей) для производства записей, я решил обойти столько избирателей, сколько смогу. Прямо по подъездам и квартирам по принципу «от двери к двери». За три с лишним недели глаза в глаза сам увидел и поговорил с 2016 избирателями – дада, это точная цифра. Наговорился с избирателями так, что субботний «день тишины» воспринял как награду. Серьезную и заслуженную. Однако этого «хождения в народ» для выигрыша не хватило. Есть ведь и другие составляющие предвыборной борьбы, о которых все знают, но о которых я говорить не буду, потому что не счёл для себя возможным их использовать. Зато ответ на вопрос «Что же избирателю надо?» я получил. Сколько уж слов было произнесено в разговорах накоротке в прихожих и на основательных посиделках на кухнях изби11

[close]

p. 7

рателей – не знаю, но ни разу не было сказано: «У нас в городе…». Сколько угодно было: «У нас на Конева…». Или: «У нас на Синюшке…», «У нас в доме…»! Каждый день по несколько раз слышал: «Проголосую, если поставите скамейку у подъезда…», Если крышу перекроете…», «Если отремонтируете подъезд…», «Если уберете мусорную кучу у торгового павильона…», «Если построите подземный переход или лестницу в горку» и т. д. и т. п. Всё понимаю: каждому своя рубашка ближе к телу и люди готовы использовать любую оказию для избавления от бытовых проблем. Но где ж тут место депутату как политику городского масштаба? И где место решению более-менее масштабных задач, без которых, как известно, невозможно системное, а значит, надежное решение задач мелких – таких, как ремонт подъездов и крыш, уборка мусора и т.п.? Хоть бы один избиратель сказал: «Проголосую, если добьётесь выделения денег на строительство нового городского перинатального центра или решите проблему поборов с родителей в школах». Но не сказал никто! В конце концов, мне стало казаться, что я участник кастинга претендентов на пост завхоза микрорайонного масштаба или генерального директора управляющей компании «Западное управление ЖКС». Так ведь и отчитываются депутаты в своих агитках квадратными метрами заасфальтированных дворов и погонными метрами заделанных швов на 12 стенах! Не созданием условий для появления новых рабочих мест отчитываются, не тем, что городская казна увеличивается, не приростом числа бывших хулиганов, перевоспитавшихся в спортивных секциях, которые открылись благодаря дополнительным доходам бюджета, а вставленными в подъездах стеклами и замененными батареями отопления. А что тогда запишет в перечень депутатских достижений мой предприимчивый конкурент из управляющей компании, затеявший накануне выборов бурный ремонт в жилых домах на территории округа? Тоже квадратные и погонные метры! Те самые, которые он обязан будет обеспечивать в силу своих непосредственных, не депутатских обязанностей! То есть оптимальное исполнение обязанностей городского депутата предусматривает бурную его деятельность прямо на собственном рабочем месте. А если в понимании рядовых избирателей место это должно быть связано с коммуналкой, значит, все депутаты в идеале должны быть… коммунальщиками. Это ли не профанация самого понятия «народный избранник» и самого смысла его существования? Помню, как в конце 80-х и начале 90-х не было для исполкомовских чиновников ничего слаще, чем съязвить по поводу депутатов демократической волны: «Занимались бы лучше конкретными делами, а не штаны на сессиях просиживали». И кидались депутаты «заниматься реальными делами». И занимались, и добивались часто серьезных результатов – под насмешки исполкомовцев, получавших «реальную» зарплату за то, чтобы решать как раз эти проблемы. С тех пор кое-что изменилось, но в принципе мы по-прежнему далеки от того, чтобы те, кому положено, занимались тем, чем положено: комитеты по управлению округами управляли своими территориями, управляющие компании за счет собранной квартплаты и бюджетного финансирования содержали и ремонтировали жильё, а депутаты Думы занимались нормотворчеством, представляя интересы общества. Общества, конечно, гражданского, а не акционерного – занимающегося управлением ЖКС. В странах с иной демократией не принято обращаться к муниципальным депутатам с жалобами на разбитые стекла в подъезде или на отсутствие в этом же подъезде почтовых ящиков. Такие вопросы там решают в суде, куда просто подают иски к поставщикам услуг. И все решается, причем быстро. В нашей стране «суверенной демократии» менталитет иной. Народ, до сих пор не отошедший от традиций социального иждивенства, видит в депутате то ли дублера районного коммунальщика, то ли помощника директора управляющей компании. И хотя у нас тоже знают, что «тепло, вода и свет» в компетенции жилищников и коммунальщиков, однако упорно цепляются за привычку воспринимать работу с жалобами как именно то, что оправдывает само существование депутатов. Совок! Народу неинтересно и непонятно, что такое «писать законы». Может быть, потому, что законы в нашей стране, по мнению большинства, вообще пишутся для того, чтобы было хуже. Может быть, почему-то еще, но нормотворческая деятельность не увеличивает шансы депутата на переизбрание. Зато как хорошо выглядит «хозяйствующий» депутат в глазах избирателей, какой при работе с жалобами у него формируется позитивный имидж! Поэтому у меня родилось предложение! Если избирателям надо, пусть на следующих выборах часть депутатов идет от конкретных округов: по одному от Синюшки, Первомайского, Университетского и т. д. Они будет бомбардировать коммунальщиков грозными письмами и звонками – иногда, получается, бомбардировать самих себя! Им следует повысить официальный статус до статуса «Микрорайонный завхоз» и дать дополнительных оплачиваемых из бюджета помощников: бом13 бардировка – занятие серьезное! А вот для тех, кто действительно болеет за Иркутск как за сообщество – организовать выборы по многомандатному общегородскому округу . Кому-то надо заниматься системной работой, предполагающей, в частности, изучение и определение путей развития города! И уж совершенно точно я теперь, после 11 октября 2009 года, – за муниципальные выборы по спискам партий и местных общественных объединений! При выборах по списочной системе депутаты будут нацелены на решение общегородских проблем и уже через них – на решение вопросов отдельной улицы и двора. А детские площадки, квадратные и погонные метры давайте отдадим реальному местному самоуправлению, начинающемуся с многоквартирного дома. Там должен быть актив жителей, и там должно решаться, какие и где скамейки ставить и какую крышу перекрывать в первую очередь. И там должен формироваться жесткий коммунальный заказ в адрес управляющей компании. И заказ этот должен быть исполнен, иначе жители имеют право потребовать сменить управляющую компанию. А депутаты должны создавать механизмы, благодаря которым плохая управляющая компания должна оперативно и с выплатой компенсации людям за свою плохую работу уступить место другой управляющей компании. И тогда это нормально, цивилизованно! Правда, цивилизованность эта натыкается сегодня на то, что реальной активности и даже самого желания граждан управлять у нас как раз и нет. Граждан надо раскачивать и приучать. А для этого надо развивать гражданские институты, среди которых общественные организации – обязательный элемент. И желание граждан участвовать в партийной работе тоже надо развивать, кому бы и как бы ни нравились партии в принципе. И конечно: если всерьез хотим самоуправляться, значит, будем избирать депутатов городской Думы по спискам. Если хотим, чтобы нами управляли, оставим исключительно одномандатные округа. P.S.: На следующий день после подведения итогов выборов я купил краску и покрасил стены у себя в подъезде. Хочу, чтоб мой депутат не этими стенами перед избирателями отчитывался, а тем, что помог жителям создать орган самоуправления, который организовал бы покраску этих стен в следующий раз…

[close]

p. 8

Очевидец Это ни в коем случае не аналитика или актуальный репортаж. Предупреждаю также: не пахнет тут и объективностью. Это даже не взгляд на события изнутри, сверху или откуда-нибудь сбоку. Это всего-навсего абрис — очертания того, что увидел человек, на месяц ставший жителем провинциального городка Усолье-Сибирское. Или то, что показалось этому человеку очертаниями. И пусть простят меня усольчане… «Проиграли – так им и надо!» – не покидала меня мысль, когда через день после окончания предвыборной кампании я уезжал из города. А месяцем ранее, когда изучал город и собственно избирательный округ, думал: «Проиграют – сами виноваты!» Усольчане меня поймут. Да и те, кто проезжает транзитом через город, поймут тоже. Усольская дорога – название вполне нарицательное. И усольские дворы похожи на усольские дороги. Это даже не дворы, это полигон для испытания противопехотных и противотанковых мин. Точнее, после испытания этих мин: вокруг воронки, воронки, воронки... Нормальную детскую площадку я видел в городе только в одном месте. Но отдельного разговора заслуживают магазины. И даже не разговора – рассказа, романа, поэмы! Нет, как говорится, повести печальнее на свете… И в таком запущенном состоянии всё или почти всё усольско-сибирское. За исключением, правда, школ и детских садов. Вот те действительно удивили, и удивили приятно. А вот результат, признаться, совсем не удивил: победило созданное за пару месяцев до выборов и специально для них общественное объединение с банальным, но емким названием «Усольчане». Победило, причем в одну калитку. Идеолог движения и его создатель, а в прошлом мэр города Евгений Кустос, провел в Думу 11 человек плюс своего старшего брата Валерия. 12 из 21. Не очко, но все равно гораздо больше, чем у конкурентов по предвыборной игре. И 12 эти понятно кого выберут в главы администрации, в мэры города. Имеют полное и законное право! А проигравшая сторона в лице «НИТОЛа», «Единой России», местных энергетиков и команды мэра Дмитриева, похоже, попалась в свои же силки или, точнее, была побита собственным оружием – прежним. Если вспомнить, то в прошлую избирательную кампанию градообразующие усольские гиганты объединились в движение под не менее банальным название «Наши» и провели тогда в Думу почти всех своих. На этот раз Кустос использовал местнический урапатриотический фактор – собрал под знамена кого смог, но эти «кого смог» оказались вполне дееспособными. А в виде флага у них выступал известный в городе, если не сказать знаменитый в прошлом политик Валерий Маньков. Собрались они, правильно назвались и – пошло-поехало! Энергичная и местами бесшабашная получилась борьба: газета на газету, телеканал на телеканал. И в итоге вышло, что в пользу «Усольчан». В том, скорее всего, и кардинальная ошибка по-моему была проигравших, что погрязли они в медийной войне против команды Кустоса, упустили так называемое «поле», то есть прямой, через встречи кандидатов и агитаторов тет-а-тет, разговор с горожанами. А этот разговор ох как был нужен – позарез, не иначе! Потому что объяснять нужно было – и объяснять трудно, долго и неказённо – почему в городе такие дороги, дворы, магазины и многое другое, а не фехтоваться в медиапространстве 15 с оппонентами. Но химики, «медведи» и энергетики предпочли сделать акцент именно на обмене уколами: дескать, Кустос у власти – это катастрофа, «назад возврата нет». Это были самые распространенные посылы их кампании, которые обрушивались на усольчан методично и обильно, даже в день тишины, в субботу, но ужаснуть никого так толком и не сумели. Вполне резонно – чего нищему бояться банкротства? Оппонентам изначально фехтоваться было удобнее, с руки. У команды бывшего мэра Кустоса в распоряжении оказался практически свой телеканал, радиостанция, своя газета. И эти СМИ били точно в цель: показывали и рассказывали, как много значит движение «Усольчане» для города (кандидаты этого движения и дороги сами ремонтировали, и скамейки устанавливали, и мусор убирали!) и как ничтожно мало сделали для Усолья «Наши», насколько они «Не наши», не усольские по духу и практическим результатам. 14

[close]

p. 9

Весело порой было в этом грустном городе… Если «единороссы» проводили в городе выездное заседание регионального отделения партии и раздували шум вокруг этого события, то «Усольчане устраивали конкурс «Минута усольской славы», когда в каждом дворе искали таланты, пели, танцевали, рассказывали стихи, занимались эквилибристикой и престидижитацией – все, как на «Первом». Если «медведи» организовали день «Единой России» с соответствующей помпой и фанфарами – кустосовцы пошли и провели ямочный ремонт участка трассы М-53. И хотя выпавший снег уничтожил результаты их трудов уже через пару часов, это какое имеет принципиальное значение для умонастроения избирателей?! Словом, «Наши» встрепенулись и направили свой взгляд на реальные проблемы усольчан поздно. Энергетики вообще пошли по пути наименьшего сопротивления – решили через суд снять всех конкурентов – не получилось. Юрист за месяц до выборов подала сразу 9 исков по всем девяти округам, где выдвигались энергетики. Везде, насколько я помню, иски были проиграны, но время-то сколько ухлопали! Курьезов вообще было в достатке… Где-то сошлись лоб в лоб два «единоросса»: причем были они завучем и директором одной спортивной школы. Где-то обнаружилось сразу три «медведя». А где-то кандидат сначала выдвинулся как коммунист и поддерживался КПРФ, затем под воздействием команды действующего мэра решил избираться от «Единой России» и получил ее протекцию, в итоге сменил три округа и… проиграл. Бездарно продул? А из других особенностей выборов поусольски отмечу: 1. На досрочное голосование пришли на каждом участке лишь по три-четыре человека, то бишь не было ни подвоза избирателей, ни вброса бюллетеней. То ли городские власти решили сыграть честно, и тогда это радует донельзя, то ли… просто не смогли организовать народ и заставить его голосовать. 2. Листовочная война отсутствовала. Мы расклеили свои плакаты утром – за день оборвали не больше десятка! 3. Баннеров тоже не было заметно. Если Иркутск был забит дорогущими билбордами с изображениями страдальцев за народ, то Усолье в этом смысле пустовало: штук 10 баннеров. 4. А вот подкуп, как мне кажется, процветал. Платили, говорят, по сотке, и лишь в последний день разлетелся по городу слух, что один «перец» платит тысячу. Случился ажиотаж! Как бы то ни было, а выборы закончены – забудьте! В усольской Думе теперь будет лишь 2 «единоросса», ни одного представителя «НИТОЛа» и ТЭЦ-11 и… не будет Дмитриева, который в ранге действующего мэра выборы проиграл! Но означает ли все это, что будут теперь в Усолье в обозримой переспективе хорошие дороги, дворы и магазины, что перестанет он быть грустным городом? Смешной вопрос… «Мы занимаемся… торговлей оружием, боеприпасами и сопутствующими товарами… Силами Нашего предприятия я могу выполнить все Ваши наказы, пожелания и просьбы!» «В нашем округе большое количество граждан являются инвалидами. Перед ними встают архитектурные и социальные проблемы…» «Солим, маринуем, консервируем. Пришло время для зимних заготовок…» (из предвыборной листовки кандидата в депутаты Ю.С.Лоскутова) Юрий Лоскутов не единственный, кто, как мне кажется, не понимал, что нужно говорить и делать в нынешней кампании по выборам депутатов Иркутской городской думы. Таких, как он, было предостаточно. И его вербальные и интеллектуальные изыски я процитировал лишь в качестве одного из множества примеров. С тем же успехом можно было бы процитировать изыски некоего Соболева, Астафьева, Агеева и пары десятков других кандидатов. Или их пиарщиков? Мы выбираем – нас выбирают, как это часто не совпадает… Строчка известной песни вполне отражает суть любой избирательной кампании. Касается ли это технологов – штабистов, «полевиков», кандидатов или избирателей. Точный подбор «спецов», оптимальная стратегия и тактика, готовность штаба к достижению результата, финансовое сопровождение – всё это необходимые составляющие победы. Но порой штаб бессилен, когда к победе не готов сам кандидат. Тогда нервотрёпка внутри штаба, истерики, растерянность и естественное поражение. Не было случая в моей многолетней практике, чтобы эти теоретические выкладки не подтверждались практикой. Оценивая прошедшие выборы, я всегда отвечаю на один вопрос: результат достигнут? В этот раз да, достигнут. Кандидат, с которым я работал в эту осень, исключительно спокойно прошёл весь путь избирательной кампании – он был готов. Потому и в штабе работали опытные спецы, и сумел этот штаб реализовать практически весь план кампании: скрупулезно, пошагово, без срывов. Несмотря на жесткое противодействие оппонента, за которым, как говорят, стояла мэрская команда и харр-ррошие деньги. 17 Сама же избирательная кампания мне вряд ли запомнится чем-то особенным. Так же обыкновенно на некоторых участках использовались чёрные технологии, так же привычно иногда покупался избиратель, и, скорее всего, не будет по этому поводу официальных судебных разбирательств. Всё как всегда – даже зевота одолевает! 16

[close]

p. 10

Запомнились лишь некоторые приёмчики. У одного кандидата сожгли машину и – дали понять всем, что постарался… третий. Такого экстремального старания подставить, столкнуть лбами давненько не обнаруживалось в Иркутске! Так же, как и неуемного желания победить любой ценой. Технологи одного из кандидатов в Студгородке не придумали ничего лучше, как… расклеить фотографии своего «орла» на мусорных контейнерах и еще – распространили фальшивые обращения к избирателям от имени конкурента. Подделали фирменный стиль его агитационно-пропагандистских материалов – благо это при нынешних компьютерных технологиях пустяк – и вперед! А на одном из городских участков произошел и вовсе курьезный случай. О нем рассказал председатель участковой комиссии… Одна из бабулек, проголосовав, подошла к столику избирательной комиссии и выдала вопрос: «А у кого можно получить 200 рублей? Мне обещали…». Хотя есть, есть одна особенность нынешних выборов, о которой надо сказать. Подавляющая масса штабов состояла из местных технологов. Перестали массово завозить «крупных» специалистов из Центральной России, научились уже доверять своим. Вот тут-то и выяснилось, что на всех не хватает толковых журналистов. Разобраны загодя «полевики», кто не успел – тот опоздал. И у большинства кандидатов просто нет и, не исключено, не было никогда команды. Это старая болезнь провинциального политика. И она, видимо, не лечится. Или плохо лечится в наших условиях… И команду формируют в лучшем случае за два месяца, а иногда уже «по ходу боя». Это, по моему мнению, говорит о некоторой случайности кандидатов. Жаль, если учесть, что именно они будут формировать региональную политику и саму нашу жизнь в городах и сёлах. А готовность партий к прошедшим выборам? Как сказали бы в Одессе: «И ето ви таки называете готовностью?». «ЕдРо» потому и победило, что его готовность отмеряна не месяцами, а годами. Партия, похоже, «заточена» на победу, и именно этот фактор (чего греха таить!) «вытащил» многих явно слабых «едросовских» (или едрёных?) кандидатов. «Справедливороссы» не смогли предъявить аргументы в свою пользу, ещё раз подтвердив свою вторичность, если не третичность, и так далее. Очень слабо прошли кампанию представители ЛДПР. Без фирменной, залихватской убедительности. То ли устали, то ли решили, что это «не наша война». И уж совсем «проспали» выборы коммунисты. Впрочем, один из лидеров партии в интервью центральным «Вестям» уже заявил, что бюджетный партийный дефицит влияет на результат выборов. Кризис всё-таки. Хотя, на мой “ У большинства кандидатов просто нет и, не исключено, не было никогда команды. Это старая болезнь провинциального политика. И она, видимо, не лечится. Или плохо лечится в наших условиях. взгляд, это кризис идеологии и естественное убывание прокоммунистического электората. Однако, если фактор убывания вполне предсказуем, то обещанное Геннадием Зюгановым второе дыхание никак не приходит. Нет нынче у коммунистов современной «национальной идеи», непривлекательны они для 40-50 летних, то есть для основного электората, наиболее активного, «ходячего». И уж совсем чужие для молодых. Хотя, на мой субъективный взгляд, именно у них идеологический потенциал наиболее конкурентоспособен. Нужна диверсификация коммунистической идеологии. Нужны новые харизматические молодые лидеры, а их в обозримом информационном пространстве нет. Есть ещё одна деталь, которая, на мой взгляд, весьма существенна. Выборы в Иркутске оказались такими, как всегда, и в то же время… не такими, как всегда – одновременно. Озвученный в самый решающий момент уход мэра Иркутска, по сути, исключил одного из основных игроков в политическом пасьянсе. А разом исключен был административный ресурс городского чиновничества, ввиду отсутствия мотивации и очевидной растерянности. Фактор «безотцовщины» сыграл свою роль. Все играли в выборной кампании свою игру и как могли. Надо отметить, что этот фактор ещё не раз вспомнится многим из участников кампании. И ещё сыграет свою роль. Положительную или отрицательную роль, покажет время. Ясно одно: следующие выборы в столице Приангарья будут одними из самых интересных и жёстких в истории города. Вот тогда и смогут показать свою истинную силу и местные «спецы», и «крупные» специалисты из заезжих команд. Проснутся партии, и поедут их лидеры в Иркутск срывать голоса в эфире и на площадях. Ой, грядёт «заруба»! В поле у ручья. И я еще не решил, хочу ли быть в это время в городе… 18 19

[close]

p. 11

Смешные прогулки по выборам 20 21

[close]

p. 12

22 23

[close]

p. 13

Слушай, товарищ! теплое (или, во всяком случае, нехолодное) мэрское кресло? Правда, после последнего подобного разгадывания мне пришлось столкнуться с тем, что читатели сразу установили не менее четырех человек, которые как будто заказали текст. Но что уж тут поделаешь: читатель тоже имеет право пофантазировать! В любом случае – если вам точно известно, кто заказал и этот текст – пожалуйста, сразу сообщите автору! Автору приятно осознавать, что его интеллектуальные труды оцениваются столь высоко, что за них можно взять с кого-нибудь денег... Даже если денег пока никто не дает! Итак, Владимир Викторович скоропостижно откланялись, стали-с сенатором. Ну, или станут вот-вот. Соблюдены все атрибуты современной политической моды: сделано заявление о высокой чести получить ТАКОЕ предложение, пролиты слезы умиления над прошлым, определены дивные очертания светлого будущего. И, тем не менее, все опрошенные мной иркутяне, исключая, понятно, тех, которые ходят в ясли и толком говорить еще не могут, уверены, что уход Якубовского – это лишь продолжение громоздкой политической игры, которая должна сильно изменить персональный состав иркутской политической элиты. Даже если уход этот – действительно повышение! Кое-кто всерьез думает, что главной причиной ухода Якубовского стало его здоровье. Утверждают, перед каждыми выборами иркутского В.В. буквально трясло – нервишки ни к черту! Да и стрессовые ежедневные мэрские обязанности здоровье также не укрепляли. Вот якобы и решил губернатор помочь тяжело больному коллеге по вертикали власти – пристроил его в сенаторы, коим, как известно, положено лечение аж в самой ЦКБ. А там и президенты лечиться не брезгуют. Правда, лично у меня веры в эту версию – 5%. Мэр такого города, как Иркутск, даже если бы и имел проблемы со здоровьем, запросто мог решить их, не выезжая из города, или наоборот – выезжая в какие угодно лечебные заведения. Благо деньжата у мэров, как правило, водятся, водятся… Нет, здоровье точно не повод уходить из мэров. Чего греха таить – иркутяне мэру не очень-то и нравились. То ездят на машинах не так, отчего разрушаются дороги (помните, знаменитую его фразу?), то голосуют за всяких Дубровиных-Козьминых24 25 Целый год не было у редакции «Иркутских Кулуаров» достойного повода поговорить о каком-нибудь малопонятном явлении. Просто потому, что все, происходившее в иркутской политике, было понятно и предсказуемо. Или недостойно нашего бодрого пера. И вот наконец-то повод появился. Внезапный переход Владимира Якубовского в сенаторы заставил нас задать себе вопрос: а что происходит? Правда, почтенная иркутская пуб- лика наверняка сейчас больше занята изучением другого вопроса: кто станет новым главой города и к кому нужно будет срочно прислониться, чтобы продолжать свое благополучное существование? И это тоже, конечно, интересно… Но! Может быть, ответ на эти вопросы можно разгадать, поняв – а чего это градоначальник собрался покинуть свою вотчину вот так вот вдруг и всего лишь за год до следующих выборов? Что заставило его покинуть Гендиных – так что побеждать на выборах приходилось с большим трудом. А местные журналисты? Эти вообще могли себе позволить даже ругать мэра! При этом про президента и премьера – молчок! А грязища в городе – это же все от них, от иркутян. А иркутский снег, сволочь – он же воздух, но тоже настроение испортить норовит! Вот федералы и учли заслуги в этой невыносимой борьбе мэра с городом и вознаградили за долготерпение. В Москве-то всё кажется куда более душевным. Даже Иркутск. И так как должность была всего одна, ее и отдали верному сыну партии! Дам 3-4, ну хорошо – 5% за эту версию. В.В. конечно делал пару раз оговорки в том духе, что народец в городе не тот подобрался, но особо эту позицию не выпячивал. Он все же был избираемым политиком, а для тех, кто участвует в выборах, критиковать свой собственный электорат не метод. Почти официальная. Долгое раздумье губернатора, внезапный звонок, удивление всех и – положительное решение. В общем, не версия даже – мелодрама! Губернатор долго не знал, кому передать кресло (свое собственное, между прочим) в Совете Федерации. Какое свинство: настолько измельчал иркутский политик – выбрать сенатором практически некого! Валентин Межевич, говорят, без земляков тоже загрустил. И хотя бы ради этого, согласитесь, стоило уже подобрать ему земляка в соседисенаторы. И подобрали. Это 0. Именно 0 (ноль)%! Ибо то, что предшествовало назначению, как-то не вяжется с официозом. Вообще никак не вяжется. Ну хоть бросьте в меня камень!

[close]

p. 14

Словом, версии повышения чего-то как-то не очень… Если кому интересно, то лично мне больше нравятся версии понижения. Достал В.В. федеральное руководство страны! По Иркутску, его внешнему виду и по тем, кто всей этой красотищей управляет-хозяйствует, не прошелся только ленивый. Главный В.В. России, например, точно прошелся! И вице-премьер Шувалов тоже. И глава Сбербанка Греф, и супервлиятельный Володин… А поскольку в России мэры по собственной воле никогда и никуда не уходят (это опять про нехолодное местечко намек!), их обычно провожают: или в гроб (тьфу-тьфу-тьфу!), или в тюрьму (опять тьфу-тьфу-тьфу!), или куда-нибудь в Совет Федерации. В нашем случае выбор был очевиден. И появился в стране новый улыбчивый сенатор. Это, братцы все 20%. Нет, 30%! Вербально пинали мэра вышестоящие – это, похоже, да, имело место. Но таких мэров у нас – вагон и маленькая тележка. До сих пор сидят на своих постах парни, к которым уже и милицию с обысками присылали – и ничего: сидят дальше, протирают (или иркутчане?), как любят называть иркутян москали, заставили самого ВВП взять в руки фломастер и любимую трубу ВСТО передвинуть. Таких народных волнений давненько на ровном месте не возникало. И это мэру дивидендов не добавило. Да и сам он еле избрался в мэры. Не смени такого – до конфуза на ближайших выборах недалеко. Ведь признаков хотя бы 90% голосования (как в Москве) и близко нет. Короче – в сенаторы… На пенсию... Политическую, конечно. Вот это уже тепло. И близко, на мой взгляд, к 50% вероятности. Нет, я серьезно. Заслужить личное обращение ВВП по поводу порядка в городе – это ведь тоже постараться надо. Может, и получилось, что заслужил. Черт его знает! Версия эта – о коррупции! Что, Медведеву можно, а нам нельзя?! В общем, есть такой грязный, непроверенный и практически клеветнический слух, что еще Тишанин пытался отправить В.В. в Москву за «неучастие» в распиле бабла. А может – за нецелевое, несанкционированное, бесконтрольное со стороны начальства участие как раз в распиле. Перед прошлыми выборами в Госдуму Иркутску дали денег на ремонт дорог – целых 500 миллионов. И как будто надо было 100 из них потратить на выборы «Единой России» – ну не на коммунистов же такие деньги тратить! Но что-то там не срослось. То ли на дороги ушло больше (на них всегда уходит больше – случаев не было, чтобы меньше), то ли кто-то с кем-то не поделился, но… партия осталась без «сотки». А без иной «сотки» предвыборную песню не споешь, не клеится она. И партия еле–еле оторвалась от своих соперников по избирательному бюллетеню. Не так убедительно, как кое-где, например. То есть чисто «по-пацански» кто-то в мэрии «тему не просек», недопонял, что делиться надо уметь – политика жадности не терпит! А раз так – в Москву! При первом удобном случае! Чтоб неповадно! От конкретной кормушки – в обыкновенные лоббисты, которым надо еще найти, где и как толком прокормиться… Если честно, это, наверное, даже может считать горячим предположением. Достоверно – за 50% определенно. Денег, ясное дело, никто не крал. Просто качество ремонта дорог, на которые деньги давали действительно федералы, судя по косвенным признакам, действительно же не устроило ряд влиятельных персон. Как будто и правда не стоили работы 500 миллионов. А куда девалась тогда разница? «Единороссы», похоже, и в самом деле в прошлом году испытывали одно время проблемы с финансами… И напоследок… Без номера. Неправдоподобная. Даже не версия. Мысли вслух. Дело могло обстоять так… Приехал новый губернатор и что увидел? Город – грязный, дороги – гадость. В региональном бюджете – шаром покати. А народ – сплошные иркутяне. Всюду вялые, но хитрые рожи. Восторга и ликования нет. Чепчики не летают. Строят мало. Понятно, что предпочитают тратить бюджетные деньги и приватизировать по дешевке. А на носу – 350-летие областного центра и выделение на это из федерального бюджета 12 – худо-бедно – миллиардов. А еще Байкальский форум. А еще выборы мэра, который себе на уме и который, как говорят, был лидером большой оравы местных во всех политических конфликтах. Съел губернатора Говорина. Съел губернатора Тишанина. Скушал спикера Круглова. Пытается снямать спикера Берлину. И что бы вот в этой ситуации стал делать каждый из нас? Здравомыслящий, не собирающийся впадать в отчаяние? Правильно, каждый из таких начал бы решать проблемы по одной, идти шаг за шагом. Вызвал бы к себе, допустим, того, кого посчитал бы наиболее влиятельной в регионе местной фигурой, способной либо прямо навредить, либо помешать делить чего-нибудь, и сказал бы ему: «Давай так, мил человек… Я тебе – переезд в Москву, большое человеческое спасибо и даже орден. И, конечно, отсутствие претензий со стороны правоохранительных органов и всякой общественности. Ты мне – чего хошь делай – но отвали по-скорому. Дальше мы, как это ни грустно, справимся сами. Свободен! В прямом, замечу, смысле»… И что-то я даже не знаю, во сколько процентов вероятности оценить эту версию. От 0 до 100%, наверное. Клевета, конечно, сплошная – но красиваяяяя… кресла и собственную задницу. Да и Иркутск, прямо скажем, не того масштаба город, чтобы с главой вот так нянькаться, место ему выбирать. Могли придумать что-нибудь еще жиже: должность какого-нибудь управляющего какого-нибудь филиала «Внешторгбанка». Придумали же Черномырдину посла в Украине. А ведь тот еще человечище! Слаб был В.В. в политическом смысле. И за «ЕР» на всех практически последних выборах население города голосовало вяло. А однажды иркутцы 26 27

[close]

p. 15

Вопросец дня который как минимум крадет твое время и здоровье. Это что-то, про что не стыдно в старости сказать – моя работа, я делал. А что можно сделать в Иркутске, в чем участвовать? Для начала попробую разобраться в тех проектах, которые как бы официально являются основой иркуЦкого представления о себе любимых. приятнее и… дешевле – люди, населяющие эти берега, не настолько бедны, как прибайкальские, и не ставят перед собой в качестве заглавной цель изменить свою жизнь за чужой счет. Во-вторых, реальный интерес к «воротам Байкала» проявляют только местные жители, которые у этих самых ворот и сразу за ними занимаются наиболее привычным им делом – гадят. И на ворота (привет автовокзалу города!), и на огороженной территории (увы, приходится сказать «привет» Ольхону и Малому морю!). Честно говоря, я слабо себе представляю, что заставляет всю местную элиту уже который год с умным видом рассуждать о неких «зонах» и туризме вообще. А также не понимаю, почему никто до сих пор не спросил с местных элит о результатах их рассуждений, больше напоминающих некое камлание. Или даже, если хотите, жертвоприношение… здравого смысла. Пока ситуация такова, что из десятка опрошенных мною бывших иркутян, уехавших из города, ни один даже не намекнул, что Байкал – это причина остаться. Не говоря уже о том, что это причина вернуться! Никто не сказал. Даже вскользь. Даже в шутку. Даже под пытками… Хотя это, конечно, я пошутил. Помните Райкина и его миниатюру «В греческом зале»? Помните, как его герой недоумевал: «Иде я?». В том смысле, что – где? По-пьяни, невнятно. Но смешно… Стебаться над Иркутском, равно как и размышлять над его будущим, давно стало хорошим тоном в иркутских СМИ. По личным причинам свое участие в этом процессе мне пришлось прервать на полгода – каюсь, изменил Иркутску с Братском, т.е. жил и работал там. Времени подумать на тему «Где жить дальше?» было предостаточно, так что на свет родилось определенное количество мыслей по поводу светлого будущего, которое, несомненно, должно было ждать меня именно в Иркутске – как в определенном смысле аборигена и регионального патриота. Должно было бы… Но, судя по всему, не очень-то ждет. Что сильно бросается в глаза, когда смотришь на Ир кутск из Дерипаскограда, – нет в Иркутске никакой идеи, ради которой в нем можно было бы жить. Нет ее. Иде, как говорится, идея? А нет идеи! И лично меня вернуться в Иркутск убеждает исключительно та мысль, что в столице Приангарья живут мои дети и что их по ряду причин – для их же здоровья и душевного комфорта – неправильно будет таскать за собой по стране. А по миру уж тем более. Вот ради того, чтобы уехать в Москву, идея имеется. Есть и идея, ради которой можно стать эмигрантом. Есть, не скрою. А вот идеи, ради которой стоит жить в Иркутске, – извините, нема. Ведь что такое идея, которая может заставить современного, в меру упитанного мужика среднего возраста заставить жить в той или иной точке мира? Это проект, в котором он может лично поучаствовать с пользой для себя и окружающих. Это образ жизни, 28 И мысль эта так крепко вбилась иркутянам в голову, что никто даже не задумывается – и чего ему, простому иркутянину, с этих ворот? Лет двадцать в головах иркутян сидит идея о том, что толпы туристов с оттопыренными карманами, полными денег, вот-вот атакуют наш город, ибо как без ворот на Байкал-то попасть? А там всем иркутянам остается только огребать деньгУ лопатой, то есть вот вам и рабочие места, и налоги, и вообще – жизнь, пусть отдаленно, но похожая на швейцарскую! Однако при более близком рассмотрении этот проект рассыпается как карточный домик. Во-первых, с чего мы взяли, что весь мир только и стремится попасть на Байкал, да еще и непременно для того, чтобы расстаться там со своими кровными? В мире, справедливости ради надо признать, полным-полно озер, не менее чудесных, славных и запоминающихся. Берега этих озер куда комфортнее оборудованы, а значит, попасть на берега этих самых озер и провести там какое-то время гораздо Еще одна тема, которая навязла на зубах и которую пытаются подать и продать как проект, имеющий возможность изменить жизнь иркутян. Но и тут, если трезво оценивать происходящее (ключевое слово – трезво!), имеются сомненьица. И даже сомнения. И даже – сомненьища! Во-первых, шикарное деревянное наследие есть еще и у Томска, и у Костромы, и у кучи малых и средних городов Центральной России. Словом, иркутское наследие в этом контексте – не эксклюзив. И платить за этот неэксклюзив кроме нас самих никто не собирается. При всем уважении к сегодняшнему губернатору Дмитрию Мезенцеву, вознамерившемуся воссоздать некий исторический центр Иркутска и объявившему, что деньжата на это найти можно, лично я уверен, что деньжата НЕ найдутся. Деньжата до сих пор не нашлись на новый аэропорт, который, конечно, не актуальнее, но зато куда прагматичнее! А тут какие-то деревяшки, в которых кто-то из великих прошлого пару раз ночевал и которые лучше от этого явно не стали, а наоборот – активно гниют. Федералы даже не поймут, о чем речь идет – для них все, что за пределами Золотого кольца, ни культур ной, ни исторической ценности не имеет. Не тешьте себя иллюзиями. НЕ ИМЕЕТ! 29

[close]

Comments

no comments yet