Иркутские Кулуары 39

 

Embed or link this publication

Description

Иркутские Кулуары 39

Popular Pages


p. 1

№3 (39), 2016 г. Иркутские кулуары, № 3(39) /1/

[close]

p. 2

Счастливые стр 6 Глюки «Глюк» – это «счастье» и большая иркутская семья Глазьев. Иркутская стратегия Разговор с московским гостем о важном стр 20 «Мы разобрались с проблемами…» Сказали нам в Облкоммунэнерго стр 14 Как мы живём-можем… Краткий сравнительный анализ состояния региона «Взглянули на город по-другому…» Хорошие новости от иркутян стр 25 стр 32 Ирина Ежова Руководить легче тогда, когда ощущаешь сопротивление! стр 40 Река по имени Время Об иркутских элитах вспоминает Игорь Широбоков стр 48 Давайте будемте красивше! Наша акция. Даёшь граффити! Игра в… престолы! О мэре Братска Серебренникове стр 60 стр 75 Ах, шарабан мой! О пользе дискуссий. И снова о Колчаке стр 82 стр 66 ...А потому что! Смешные прогулки наших фотографов /2/

[close]

p. 3

стр 88 Умирают все. И сотрудники «ритуалки» тоже… О нравственности в похоронном бизнесе без нравоучений стр 94 Золотые рыбки от колбасницы Вкусное путешествие в Иркутск столетней давности Типичный иркутянин - это... Спорные шаржи Андрея Москвина стр 99 Тройное проникновение Откровения Михаила Юровского стр 102 стр 108 Нам песня строить и… сидеть помогает! 90 лет назад в иркутской тюрьме Мой папа. Упрямый реалист с романтическим уклоном Исповедь дочери художника стр 114 А ведь могли быть варианты… Или нет? Снова вспомним деньки молодые! Рассольник и Москва Гаврилики. Это мы открыли новый жанр! стр 124 Иркутские кулуары, № 3(39) стр 130 «ИРКУТСКИЕ КУЛУАРЫ» № 3 (39), НОЯБРЬ-ДЕКАБРЬ 2016 Г. Дата выхода 26.12.2016 Учредитель, издатель «Продюсерский центр «Город», г. Иркутск, ул. 4-я Железнодорожная, 59-61 Главный редактор Андрей Алексеевич Фомин Директор Светлана Владимировна Фомина Над выпуском работали: Артём Световостоков, Оксана Богданова, Юлия Котышева, Наталья Троценко, Роман Гаврилин, Константин Дынин, Валентина Рекунова, Игорь Широбоков, Виктор Шамин, Кирилл Бакуркин, Анна Литкевич, Михаил Юровский, Павел Мигалёв, Андрей Москвин, Екатерина Жевлакова и другие Фото: Андрей Фёдоров, Виталий Семёнов, Александр Шудыкин, Александр Новиков, Юрий Назыров, Николай Тарханов и другие Обложка: : Картина «Таёжный натюрморт» Валерия Чевелёва Вёрстка: Татьяна Жевлакова Корректор: Галина Костина Наш сайт: kuluars.info Адрес редакции: г. Иркутск, ул. Подгорная, 60-14 Тел.: (3952) 651-900 e-mail: irk-kuluary@yandex.ru Отпечатано в ООО «Восточно-Сибирская типография», г. Иркутск, ул. Советская, 109/3, тел.: (3952) 93-22-94 Свидетельство о регистрации средства массовой информации ПИ № ФС 38-0284Р от 28 апреля 2008 года выдано Управлением Федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охране культурного наследия по Иркутской области и Усть-Ордынскому Бурятскому округу Тираж 5000 экз. Цена свободная. Перепечатка текстов допускается только по согласованию с редакцией. Редакция не несёт ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных объявлениях, а также информации о мероприятиях, предоставленной их организаторами. Мнение авторов может не совпадать с точкой зрения редакции. /3/

[close]

p. 4

Здравствуйте! Буду краток… Аа, нет. Нет! Не буду. Мне же нужно не просто там себе вывести, как обычно, какое-то моралитэ и сказать о высоком, а ещё и рассмешить. Новый Год на носу всё-таки. Беспричинно хочется веселья и… веселиться. Или есть причины? Мне недавно пришла в голову мысль, что главный редактор это ни дать ни взять сегодня простой шут. Ту же самую роль играет, те же самые задачи решает. Порешивает. Он тот самый, классический, стародавненский, существовавший при королях и аньпираторах весельчак, который смешил правителей и челядь, и… Не просто смешил, а умудрялся ввёртывать при этом какие-то правильные наставления и смыслы в своё повествование. Смыслы, заметьте, бытия как челяди, так и – пардон! – правителей. Даже. Нет, я понимаю, что с недавних, начавшихся в 90-е, времен работает одно железное правило, которое любые потуги любого главного редактора быть услышанным легко сведёт на нет. И не только, между прочим, главного редактора. Куда более значительные персоны маются в тисках этого правила! А правило гласит: если у меня денег или ресурса насилия больше, то дурак ты. Изначально и бесповоротно. Безотносительно к образованию, жизненному опыту и объективным возможностям моего и твоего серого вещества, данного Судьбою и родителями. Ты, ты и ты! И никто другой. Даже если мне только кажется, что за мной больше силы, ресурсов, а на самом деле кто там знает… Всё равно – ты! Причем дурак полный, совершеннейший, без способностей давать умные советы, а тем более – наставления. Без шансов. И без соответствующего права – соответственно. Дурак – он как бы слабак. Да и не как бы, а – слабак. Я понимаю всё это. Не дурак, как говорится. Смайл. Но понимаю и то, что такая система взаимоотношений в обществе устарела. Обанкротилась. Или обанкрочивается сейчас, вот прямо сейчас – потихоньку, помаленьку. И вполне оправданно… Во-первых, общение с позиции силы само по себе ничего не даёт. И в том числе не приносит, как это ни странно, прибыли. Прибыли! Про развитие души и мозга, каковое Создатель, скорее всего, имел в виду как первостепенное в процессе нашего пребывания на Земле, сейчас вот даже не упоминаю… Ну какая же, к чёртовой бабушке, прибыль от того, что считаешь себя умнее и круче только потому, что «хозяин жизни» или тебе пообещали, что можешь стать хозяином, и ты пытаешься, значит, всех продавить? Да никакая! Только проблемы на хребет – как показывает практика. /4/

[close]

p. 5

Вон недавний бунт мэров в нашей области, когда некоторые руководители муниципалитетов хотели взять региональную власть на «Ты чо, кабан?», провалился. Сошёл на нет, как первый осенний снег. И что теперь? Ни выгоды, ни уважения. Так, повод для запоя разве что. Во-вторых, общение с позиции силы – оно неправильную общественную атмосферу создаёт. Вот не тот составчик предлагает. Дышать этой атмосферой трудно: кислород вроде там и присутствует, но при этом налицо перебор отравляющих элементов. В ней хорошо жить только тем, кто бессмертен или всегда будет силен, а таких ведь не бывает. В политике так вообще. Сегодня, как известно, ты Дункан Маклауд, знаменитый горец из кинофильма, или вроде того, а завтра выясняется, что – нет. Увы. Чихаешь и кашляешь. И сопли рекой. И некому руку подать в минуту душевной невзгоды. Ну а в-третьих… Не предполагает такое общение юмора, настоящего веселья. Оно не позитивно, а значит – зачем оно? Зачем в наше-то непростое время, когда и без того проблем выше крыши, и справиться с ними, пережить их можно, только настроившись на позитивный лад? И где-то даже, хотя бы изредка, братаясь (с братьями) и обнимаясь (с сестрами). С улыбкой. Искренней улыбкой. С той самой улыбкой, которая свидетельствует сама по себе: тебе пока не дали по зубам, хотя, собственно, могли бы. И – больно. Жизнь – суровая штука. Улыбайтесь, друзья! Андрей Фомин P.S.: Есть, осталось у меня ощущение, что я недостаточно развлёк вас вот этой своей колонкой. Переаллегорил, перемудрил, навуходоносорил. Исправляюсь! Слушайте тогда анекдот: возвращается как-то негр из командировки… – А в гости мы пригласили Михаила Щапова, депутата Государственной Думы РФ. Здравствуйте, Михаил! Как настроение? – Здравствуйте, Андрей! Рад, что пригласили. – Всё хочу спросить… Вы наверняка сейчас больше времени проводите в Москве, чем в Иркутске. Но это же создаёт проблемы для избирателей. Как они теперь до вас смогут достучаться? – Ну в этом как раз проблемы нет. У меня действуют общественные приёмные в Иркутске, Иркутском районе. Работаем над тем, чтоб сеть приёмных разрасталась и дальше. Помощники мои трудятся на территории, и сам я постоянно туда езжу. Недавно провёл приём в Усть-Орде – больше 30 человек пришли. Но вы правы. Канва госдумовской деятельности набита не столько в сторону людей, сколько в сторону бумаг. Уже понимаю, что система инертна и для эффективной законодательной работы требуется предельная инициативность, полная отдача душевных, эмоциональных сил. – И вы готовы к этому? – Конечно. /5/

[close]

p. 6

Говорящие имена СНАЧАЛА Я ХОТЕЛА НАПИСАТЬ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ПРО ЛЯЛЮ. ПОТОМ ПОНЯЛА, ЧТО ПРО ЛЯЛЮ БЕЗ ДИМОЧКИ РАССКАЗАТЬ НЕВОЗМОЖНО. А ДАЛЬШЕ ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО ГЛЮК – ЭТО НЕ ТОЛЬКО ПО-НЕМЕЦКИ «СЧАСТЬЕ». ЭТО БОЛЬШАЯ ДРУЖНАЯ ИРКУТСКАЯ СЕМЬЯ! Счастливые Глюки Они гордятся дочерьми, зятьями, внуками-внучками. Правнуком! Старший внук, Дмитрий, программист, работает даже с зарубежными заказчиками. Младший внук – тоже Дмитрий и тоже компьютерщик. Внучка Юля подарила правнука Алёшку. Аня поступила на бюджет в университет на журналистику. Младшая внучка Сашенька  – ровесница правнуку, они во второй класс ходят. Зятья, Юрий Пронин и Артур Пьянов, известные журналисты. Старшая дочь Эмилия – дизайнер компьютерной верстки. Таня – тоже дизайнер полиграфии, а еще отличный фотограф. /6/

[close]

p. 7

А начиналось всё… Боже, как давно всё начиналось! В марте наступающего года будет 55 лет их совместной жизни! Конечно, никто секрета такого семейного долгожительства мне не раскрыл, как я ни расспрашивала, вероятно, это тайна. Пришлось самой додумывать. И может, дело в том, что Дмитрий Сергеевич, геолог, кандидат геолого-минералогических наук, раньше по полгода проводил в экспедициях, а теперь в основном живёт на даче. Альбина Васильевна – книжный редактор, ей ближе город, и только летом она переселяется на природу поближе к обожаемым грядкам. Жить врозь – и радоваться встречам… Чем не рецепт семейной идиллии? А может, тут просто любовь? Никогда вопрос о счастье Л меня не занимал. Думаю, потому, что оно, счастье, сопровождало меня всю жизнь! Да и не сохраняла я его, оно както со мной всегда – и во мне тоже. Познакомилась я с Альбиной Васильевной Глюк – все почему-то зовут её Лялей – больше 20 лет назад в Восточно-Сибирском книжном издательстве, крупнейшем за Уралом. Теперь его нет. А Ляля и уникальная серия «Полярная звезда» – есть! Многие, думаю, с давних пор помнят книжки в шоколадно-зелёных обложках с портретом декабриста посередине. Альбина Васильевна продолжает редактировать этот проект, работу над которым начала в издательстве Аграфена Савельевна Лысенко аж в 1979 году! Правда, теперь научная и редакторская деятельность идёт уже на базе Музея декабристов, куда Альбина Васильевна передала весь немалый архив, оставшийся у неё после развала издательства в середине 90-х. Сейчас Музей декабристов можно назвать настоящим издательским центром. И получается, что на данный момент свет увидели уже 28 томов общим тиражом 950 тысяч экземпляров, в них записки, сочинения декабристов, их письма, которые позволяют читателю почувствовать, понять, что это были за люди. – А кто вам лично из декабристов более симпатичен? Мне очень трудно назвать любимчика, Л каждый новый том – это новая история жизни. Они мне все как родные! Никита Муравьёв нравится. А какие письма у Батенькова! Вот он пишет дочери Волконского Елене: «Не знаю, впрочем, к чему я Вам гожусь, но в моём сердце Вы всегда найдёте уголок, собственно Вам принадлежащий. А может, и сами вздумаете сложить туда что-нибудь от себя, как в верное хранилище. Не мрачное, тёплое, симпатичное, неприкосновенное своё для Вас!». Пущину пишет: «Не называю Вас, Иван Иванович, ни нежными, ни благодарственными именами. Душа моя полна убеждения, что мы очень близки друг другу!». К разговору присоединяется Дмитрий Сергеевич, Димочка, как зовёт его Ляля: Какие тёплые слова! Де- Д кабристы – люди воспитанные, многие из них были дворянами, у них было особое воспитание (гувернеры, личные учителя – особая среда). В советское же время всё воспитание свелось к образованию. А образование – это не воспитание, это разные вещи! Дмитрий Сергеевич знает, о чём говорит. Он, человек тонкий, чуткий, серьёзно углубился в свою родословную и видит, как коварны бывают времена. Но об этом позже. Иркутские кулуары, № 3(39) /7/

[close]

p. 8

Регистрируем наш брак 27 марта 1962 года. Кировский ЗАГС Иркутска Мы совершенно потеряли культуру эпи- Л столярного жанра. А почитаешь письма декабристов, и так тепло становится на душе! Трубецкой мне нравится как личность, меня привлекла любовь к нему составителя тома Трубецкого – она его иначе как Серёженькой не называла. Валентина Прокофьевна Павлова жила в Петербурге, я с ней всегда встречалась, когда приезжала в Питер для работы с авторами. Нынче два года, как ее не стало, 92 года ей было. У нас с ней завязались дружеские отношения, она мне была как старшая сестра. Её позиция шла вразрез с тогдашним научным представлением, которого придерживалась академик Милица Васильевна Нечкина, главный редактор серии. В советское время официально считалось, что Трубецкой предатель, изменник, он не вышел на площадь, когда всё было подготовлено, смалодушничал. И поэтому будто восстание потерпело поражение. Трубецкой не вышел на площадь, потому что уже видел, что восстание обречено на поражение и его приход привел бы к еще большему кровопролитию. Его товарищи, правда не сразу, его поняли. И потом, когда их сюда сослали, никто в укор ему это не ставил. Такая точка зрения Валентины Прокофьевны, поддержанная Семеном Федоровичем Ковалем, заместителем главного редактора серии, впервые в науке прозвучала именно в нашей серии. А еще мне очень хочется успеть выпустить том с письмами Сергея Волконского. Пока в серии вышли только его записки. Работа в музее уже началась: создана рабочая группа, решается вопрос о копировании писем в архивах, переводе писем с французского, что тоже очень нелегкая работа – почерк у него был трудночитаемым. «Старый Волконский не очень любит писать письма, и это очень хорошо, потому что, даже если он сделает над собой усилие, никто его письмо прочитать не сможет», – писал в своем дневнике польский ссыльный Юлиан Сабиньский. А сам Волконский сообщал Александру Поджио, обладателю просто невозможного почерка: «Получил, любезный друг, твое письмо, другую неделю разбираю, еще не все прочел». Очень сложная работа предстоит. Ведь порой только на расшифровку писем у составителей уходят годы. Мы ещё долго рассуждали о декабристах – кто они такие, чего хотели для России, а может, и для себя. Об их свободолюбии, о том, что они, участники войны 1812-го, зарубежных походов 1812–1814 годов, насмотрелись в Европе на демократию и мечтали свою страну видеть передовой, продвинутой, а не засыпающей, каковой она тогда была. Говорили о монархии и о монархическом складе нашего народа. И Дмитрий Сергеевич подвёл черту: Нам не монархия нужна и Д не монарх, а сильная личность. При этом личность, пользующаяся уважением народа и способная убеждать его в своей правоте! А если вернуться к разговору о серии «Полярная звезда», то «сам факт академической – не по статусу, а по качеству – публикации /8/

[close]

p. 9

источников в провинциальном ненаучном издательстве – это не просто уникальный, а невозможный по всем нормативам факт!» – так говорили в Санкт-Петербурге, отмечая 30-летие серии. Надо сказать, что с самого начала к работе над «Полярной звездой» были привлечены практически все декабристоведы страны. Эту серию не раз пытались отнять у нас столичные издатели. Уверяли, что в Иркутске мало сил, чтобы поддерживать высокий научный уровень издания. Но серию мы не отдали, и Иркутску по праву есть чем гордиться. Практически в каждом томе есть что-то, о чем можно сказать: впервые. И если вам понадобится какая-то информация о людях или событиях XVII–XIX веков, вы обязательно найдёте её в томах серии «Полярная звезда». А мне хочется вспомнить об одном зна- Л комстве. В конце 1988 года в издательство на имя директора, тогда им был Юрий Иванович Бурыкин, пришло письмо. Автором его оказался праправнук декабриста Ивана Дмитриевича Якушкина Дмитрий Иванович Якушкин. Он писал: «В традициях нашей семьи есть правило не использовать свою фамилию для каких-либо целей, и если я обращаюсь к вам с просьбой выслать мне две книги, недавно изданные у вас, то это обусловлено только большим желанием их прочесть». Письмо было передано мне, книги я отправила, и завязалась нечастая, но регулярная переписка. Я в это время как раз готовила том сочинений Ивана Дмитриевича Якушкина. Дмитрий Иванович присылал фотографии своих предков, помогал советами, интересовался, как идёт работа. О себе он ничего не писал, только об интересах, связанных с книгами. И я никак не могла понять, кто он, чем занимается. В 1994 году я получила из Москвы толстый конверт, подписанный не его рукой… Жена Дмитрия Ивановича сообщила о его смерти и прислала кое-какие вырезки из газет с Встречаем новый 1971 год Иркутские кулуары, № 3(39) /9/

[close]

p. 10

некрологами, в том числе и из «Нью-Йорк таймс». Оказалось, что Дмитрий Иванович – участник Великой Отечественной войны и Парада Победы 1945 года, один из руководящих сотрудников внешней разведки, генерал-майор КГБ СССР, журналист, долгие годы был политобозревателем ТАСС! А сын его, Дмитрий Дмитриевич Якушкин, работал пресс-секретарём у Бориса Ельцина. Вот такие интересные родственные связи. – А я читала, что у Дмитрия Сергеевича Глюка, фамилию которого носит большая иркутская семья, в родственниках поэт Василий Жуковский. Это так? Да. И не только! Экзотичность моей фа- Д милии – она ведь и в Германии редкость! – и насторожённое отношение ко мне некоторых одноклассников (а это было послевоенное время) привели к тому, что я рано начал интересоваться историей своей фамилии и семьи. С отцом встретиться мне было не суждено – он пропал без вести в начале 1942 года на фронте в Крыму, и я расспрашивал мать, теток. Родная сестра отца тётя Лиза рассказала, что она узнала от своего отца, моего деда Вильгельма. Оказывается, родоначальником нашей фамилии в России был пастор Глюк, который попал в плен во время Русско-шведской войны в начале XVIII века. Ещё (под большим секретом, чуть ли не шёпотом) она сказала, что у пастора Глюка какое-то время была на воспитании Марта Скавронская, будущая жена Петра I, первая императрица России Екатерина Алексеевна. – Вот это история! Да! Вообще-то, фамилия Д Глюк (в переводе на русский  – «счастье») явно имеет рыцарские корни – это прозвище. В Средневековье рыцарей различали по месту рождения или жительства (Д’Артаньян, Д’Арк и т. д.) или по прозвищу (Ричард Львиное Сердце, Фридрих Барбаросса – рыжебородый, Карл Смелый и т. д.). После смерти рыцаря его поместье делить между наследниками не полагалось, его получал старший сын, второй сын шел служить королю, герцогу. А третий, как правило, становился священником. По-видимому, отец или дед Иоганна Эрнста Глюка был третьим сыном рыцаря и поэтому стал священником, а его сын пошел по стопам отца. Иоганн Эрнст окончил два университета (Виттенбергский и Лейпцигский). Изучал там богословие, риторику, философию, медицину, геометрию, историю, географию, восточные языки (в том числе славянские), латинский и древнееврейский языки. Пастор Глюк в марте 1704 года организовал в Москве на Покровке (ул. Маросейка, 11) в доме боярина В.Ф. Нарышкина первую в России бесплатную гимназию, которая была утверждена царским указом от 25 февраля 1705 года. Пастор /10/

[close]

p. 11

2003 год. В кругу друзей (слева направо): Альбина Глюк, Семен Коваль, Аграфена Лысенко, Лина Иоффе перевел на русский язык учебники по истории, географии и ряду других предметов, а также получил заказ от Петра на перевод Нового Завета с древнееврейского на современный русский. Однако 5 мая 1705 года пастор внезапно умер, и перевод Нового Завета бесследно исчез. Обо всём этом, о других своих родственниках, среди которых есть и поэт Жуковский, я написал в статье «Тайна третьего сына, или Счастье на роду написано… (фамильные загадки под микроскопом современности)», которую в своём сборнике издала иркутская общественная организация «Родословие». – Альбина Васильевна, а вы что-то об истории своей деви- чьей фамилии знаете? Л Корчуганова? Не очень много. Я из Красноярского края, родословной у нас занимается старшая сестра, она составила генеалогическое древо нашего рода, которое в ее квартире занимает всю стену! Наш папа был политработником разных уровней, в 1935 году его обвинили в сокрытии происхождения – он был из семьи середняка. Исключили из партии. Маме предлагали от него отречься, она не согласилась, у них уже двое детей тогда было – мои старшие сёстры Галина и Ревмира. И её тоже исключили из партии. Папа писал письмо Калинину. Их потом обоих в партии восстановили, у мамы даже памятный знак есть «50 лет пребывания в КПСС». Папа без вести пропал в войну. Мама долго прожила. А вообще, она была из семьи бедняка, образования не получила, но писала и читала хорошо. Много лет работала начальником отделения связи. – Откуда же у вас такая любовь к языку, пристрастие к чёткости, грамотности, скрупулёзности? Сама до сих пор не пойму! Л Вот если по правде, я не перестаю удивляться: мало Альбине Васильевне её профессиональной деятельности, она ведь ещё и курсы русского языка в университете два года посещала, три года участвовала в Тотальных диктантах. Нынче даже медальку ей дали! Потому что Ляля в диктантах всегда допускает ноль орфографических и от силы одну пунктуационную ошибку! Я с детства чувствовала язык и знала Л правила. Сестра моя, на 11 лет старше, окончила пединститут и преподавала в нашей школе несколько лет, даже меня в восьмом классе учила. Однажды она попала в больницу прямо перед Новым Годом, и у неё остались непроверенными сочинения моих Иркутские кулуары, № 3(39) /11/

[close]

p. 12

одноклассников, оценки за полугодие не выставлены. Она меня попросила помочь… Я и помогла  – сочинения проверила, оценки выставила! И ни одной запятой она у меня не выспорила! Очень мне было это приятно! Есть и более ранние воспоминания. Я во втором или третьем классе. Какойто праздник. Одна пионервожатая вышла в зал, по-теперешнему холл, дети вынесли музыкальный инструмент, и кто-то крикнул: «О, гармошка!». А она так торжественно произнесла: «Не гармошка, а бОян!». До сих пор помню! А учитель русского языка говорила: «Вот тут, на бондюрчик, положите!». Это она имела в виду бордюр. Я её как-то поправила, а она мне высказала: «Когда будешь учительницей, тогда и будешь поправлять!». Я ей тогда ответила: «И буду!». Мою критичность, видимо, и дети переняли. Таня сидела на первой парте и поправляла свою учительницу в первом классе – видимо, чтобы «надевала пальто», а не «одевала». Сейчас же 99 процентов «одевают»! И «ложат». Но «ложат» всё же меньше. Я потом говорю: «Таня, неудобно учителя поправлять!». А она мне: «А пусть говорит правильно!». Я подумала: действительно, она же учительница! Я даже в Димочке чуть не разочаровалась, когда он (в общем-то, достаточно грамотный) мне в письме – по молодости ещё – написал слово «речка» с мягким знаком! Ужас! – Хорошо, что не разочаровались! Это точно! Жизнь ко мне вообще благосклонна. И свою работу в Восточно-Си- Л бирском книжном издательстве, куда я пришла почти сразу после университета, и коллектив я вспоминаю с большим теплом! Это было настоящее братство! И мы не расставались, даже когда издательство уже распалось, встречались постоянно, так нам вместе было уютно! Лина Викторовна Иоффе, она какое-то время была главным редактором издательства, на дни рождения и по другим каким-нибудь поводам, а то из без повода вовсе, писала стихи, мы потом их собрали и издали небольшой сборничек. Есть у неё слова, нам с Димочкой на золотую свадьбу подаренные: «Знавали мы немало юбилеев – Друзей, и учреждений, и музеев. Но в годы каждодневного аврала, Признаться, юбилеев было мало. /12/ А радости конечно же бывали В той жизни и у Димы, и у Ляли. Гора рюкзачных каменных развалов, Статьи в ученых западных журналах... Приоритеты в доме – не посуда, А словарей и справочников груда И каторги лавина регулярной – Являть на свет тома «Звезды полярной». Пусть говорят о денежном прибытке – Нет, здесь не делают такой попытки! А если скажут: «Старые названья!», Промолвят: «Слишком умные изданья! Убрать бы с полок Даля – Розенталя!» – «Не выйдет!» – скажут Димочка и Ляля. Здесь новое событье народилось, Как видим мы, Иркутску пригодилось, Сочтем итоги странного объекта: Есть юбилей – любви и интеллекта!». Лина была весёлая и очень отзывчивая! – А такая ваша счастливая фамилия как-то помогает по жизни? Д Если честно, меня моя фамилия не раз спасала. Както в экспедиции на меня чуть не напал медведь! Остановился в трех–четырех метрах. – Вы ему что, паспорт со своей фамилией показали? Д Да нет, он сам догадался! В другой раз вертолёт, в котором я летел, чуть не врезался в скалу. С полным основанием могу сказать: фамилия у меня говорящая! И этого счастья, видимо, вполне хватает на всю семью Глюков. А может, и на весь город, где живёт эта семья? А может, как в детстве говорили: кто прочтёт эту статью – тоже будет счастливым?! Пусть будет так! Постановляю! Светлана Фомина Фото из архива семьи Глюк

[close]

p. 13

Иркутские кулуары, № 3(39) /13/

[close]

p. 14

По существу ОН ПРИЛЕТЕЛ В ИРКУТСК ВСЕГО НА ДВА ДНЯ И, РАЗУМЕЕТСЯ, БЫЛ ЗАНЯТ. ПРАКТИЧЕСКИ НЕДОСТУПЕН ДЛЯ РАЗГОВОРА НЕ ПО ДЕЛАМ, А – ПО ДУШАМ. НО ВРЕМЯ, ПУСТЬ КОРОТКОЕ, ДЛЯ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА «ИРКУТСКИХ КУЛУАРОВ» – ЕДИНСТВЕННОГО ПРОВИНЦИАЛЬНОГО ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА В НАШЕЙ СТРАНЕ – ВСЁ РАВНО НАШЁЛ… ШУЧУ. ВОТ СЕЙЧАС ШУЧУ! СЕРГЕЙ ГЛАЗЬЕВ ЗНАТЬ НЕ ЗНАЛ ДО СЕГОДНЯШНЕГО (ВЧЕРАШНЕГО УЖЕ) ДНЯ О СУЩЕСТВОВАНИИ ТАКОГО ЖУРНАЛА. НО Я ПОДАРИЛ ЭКЗЕМПЛЯР ЕМУ И ТЕПЕРЬ ДАЖЕ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ СЕБЕ, ЧТО ЧЕЛОВЕК ПОДУМАЕТ. У НИХ ТАМ В МОСКВАХ ДА ПИТЕРАХ ГЛОБАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ, А У НАС? НУ КАКИЕ У НАС МОГУТ БЫТЬ СЕРЬЁЗНЫЕ ПРОБЛЕМЫ, ДА ЕЩЁ РАССКАЗАННЫЕ С ПРИВЫЧНЫМИ ДЛЯ НАШЕГО ЖУРНАЛА (И ЧИТАТЕЛЯ) ШУТОЧКАМИ И ПРИБАУТОЧКАМИ? НУ ЛАДНО-ЛАДНО… СОВЕТНИК ПРЕЗИДЕНТА РОССИИ ПО ВОПРОСАМ РЕГИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ В КУРСЕ, КОНЕЧНО, НАШИХ ПРОБЛЕМ И, СУДЯ ПО ВСЕМУ, ВОЗМОЖНОСТЕЙ. ДА И НЕ ВЗЯЛСЯ БЫ ОН ИНАЧЕ УЧАСТВОВАТЬ В РАЗРАБОТКЕ СТРАТЕГИИ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ. А ОН ВЗЯЛСЯ. ПРИВЛЕЧЕНИЕ ТАКОГО РОДА МАСТОДОНТОВ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ, ЕСЛИ ВЫ ПОМНИТЕ, ДАВНО – СРАЗУ ПОСЛЕ ВСТУПЛЕНИЯ В ДОЛЖНОСТЬ – АНОНСИРОВАЛОСЬ ГУБЕРНАТОРОМ СЕРГЕЕМ ЛЕВЧЕНКО. ЭТО БЫЛА ЕГО ЛИЧНАЯ УПРАВЛЕНЧЕСКАЯ СТРАТЕГИЯ. И ВОТ ПОЛУЧИТЕ, КАК ГОВОРИТСЯ. И РАСПИШИТЕСЬ! Глазьев. Иркутская Стратегия… /14/

[close]

p. 15

На всё про всё нам оставили 15 минут. И как тут быть? Как успеть поговорить о главном? Смайл. – Сергей Юрьевич, к вам, к вашим экономическим теориям и политическим взглядам многие в Иркутске относятся с огромным уважением и интересом. Не знаю, правда, почувствовали ли его, встречаясь в Байкальском университете со студентами… Сибиряки – народ холодный и даже зажатый порой. Провинция! – Я бы не сказал, что они такие зажатые. Был интересный разговор, много вопросов, но, к сожалению, мало времени. Я хорошо знаю иркутских ученых, которые здесь работают, с которыми мы вели международный проект по лесопользованию. Они нам здорово помогали в Государственной Думе, когда шёл Лесной кодекс. У нас было полное взаимопонимание, чего нельзя сказать о позиции министерств. Иркутяне, по-моему, всегда чувствовали себя частью российской политики. Во всяком случае, это область, где масштабные проекты, где ресурсы, где самое ценное достояние планеты – озеро Байкал. Нельзя сказать, что это провинция, с моей точки зрения. Во всяком случае, жизнь в Иркутске всегда чувствовалась как часть жизни и всей нашей большой страны. – Я вам даже больше скажу… Иркутяне ощущают себя не просто частью страны, они чувствуют себя особенными. И в этой связи информация о том, что Глазьев будет участвовать в разработке Стратегии социально-экономического развития Иркутской области, была, надо вам сказать, встречена с серьезным воодушевлением. Речь, конечно, не идёт о чуде, но многие ждут прорыва. Он возможен? – Вы знаете, Стратегия социально-экономического развития Иркутской области сейчас только формируется. Она не может не отвечать желаниям иркутян, потому что ее в основном пишут иркутские специалисты. Мне довелось участвовать во многих проектах развития территории: и больших – таких, как создание Евразийского экономического союза, и отдельных городов. Например, мы в свое время создавали концепцию развития Зеленограда. Исходя из этого опыта, я убеждён, что эффективную, работающую стратегию могут написать только специалисты, которые живут и работают в регионе и досконально, до деталей, знают его потребности и проблемы. Наша задача – помочь. В этом я вижу миссию специалистов, которые со мной приехали, и свою лично. – То есть кураторство, консультирование? – Мы должны дать информацию, которая может раздвинуть горизонты. Сейчас мы занимаемся реализацией программы Евразийского экономического союза. Наш президент поставил задачу расширения евразийской интеграции, сформулировал идею большого Евразийского партнерства, которая для Иркутска имеет самое что ни на есть актуальное значение, потому что Иркутск от Москвы далеко, а для большого Евразийского партнерства он оказывается естественным центром и географическим, и во многом ресурсным. И хотелось бы, чтобы он стал для него и интеллектуальным центром. Поскольку стержень этого партнерства заключается в реализации совместной инициативы Владимира Путина и Си Цзиньпина по сближению Евразийского экономического союза и экономического пояса Великого шёлкового пути. Как выстроить стратегию Иркутской области с учетом возможностей, которые открываются в рамках большого Евразийского партнерства, – вот вопрос, и вопрос нетривиальный. Я убежден в том, что если Иркутские кулуары, № 3(39) /15/

[close]

Comments

no comments yet