Chetyrnadcatyj tom. Afonskoe Dobrotoljubie o bezmolvii i molitve

 

Embed or link this publication

Description

Издание Пантелеимонова монастыря на Афоне. 25-томная серия «Русский Афон ХIХ-ХХ веков», посвященная 1000-летию русского монашества на Святой Горе Афон

Popular Pages


p. 1

Серия: Русский Афон XIX–XX веков ТОМ Ч Е Т Ы Р Н А Д Ц А Т Ы Й Афонс кое Доб ро т ол юбие о бе з мол ви и и мол и т в е Издание Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне Святая Гора Афон 2015

[close]

p. 2

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве Серия издается по благословению игумена Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне Священно-Архимандрита ИЕРЕМИИ Главный редактор серии: иеромонах Макарий (Макиенко) — духовник и первый эпитроп Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне 2

[close]

p. 3

Предисловие ПРЕДИСЛОВИЕ «Однажды, как он  стоял… на  молитве и  говорил умом паче, нежели устами: “Боже милостив буди мне грешному”, — внезапно низошло на него свыше Божественное осияние пресветлое, исполнило все то место. Тогда забыл уже юноша этот, что находится в комнате и под кровлею, потому что во все стороны виделся ему один свет, не знал даже, попирает ли он землю ногами своими; ни о чем мирском не имел уже он попечения, и не приходило тогда на мысль ему ничто из того, что обыкновенно бывает на уме тех, кои носят плоть человеческую; но был весь срастворен с невещественным оным светом, и ему казалось, что и сам он стал светом; забыл он тогда весь мир и исполнился слез и радости неизреченной. Потом ум его востек на небеса, и он увидел там другой свет, более светлый, чем тот, который был окрест его»1. Преподобный Симеон Новый Богослов «…Вершина всякого блага для человека Божия в  мире сем есть чистая молитва. И если не умрет человек по отношению ко всем людям и не будет усердствовать в безмолвии наедине с собой, словно мертвец во гробе, не  сможет он  приобрести это для себя. Ибо  чистая молитва требует отрешенности»2. Преподобный Исаак Сирин Молитва — это беседа с Богом в любви! Она может быть выражена словами и может протекать и без них, но в любом случае ее фоном должна быть Христова любовь! Сокрушение сердца в покаянии и любви есть обязательное условие молитвы! Иначе молитва превратиться в  медитацию. Медитамция (от лат. meditatio — размышление) — тип упражнений по тренировке концентрации внимания, используемый в  оздоровительных целях, для выработки 1 Творения преподобного Симеона Нового Богослова. М.: Сибирская Благозвонница, 2011. Кн. 2: Слова и гимны. С. 223–224. 2  О Божественных тайнах и о духовной жизни. Перевод с сирийского, примечания и послесловие игумена Илариона (Алфеева). М.: Зачатьевский монастырь, 1998. С. 37. 3

[close]

p. 4

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве контроля над течением своих мыслей и эмоций или для вхождения в особое религиозно-психическое состояние «памятования» (альтернативный перевод — «осознанности» от англ. mindfulness)3. Мы, современные люди, часто путаем между собой молитву и медитацию. Под влиянием восточных религиозных течений даже утвердилась субкультура медитации — психологического приема воздействия на собственный мозг. Медитировать может любой человек, несмотря на вероисповедание, моральное или духовное состояние и т. п. Поэтому им занимаются все кому не лень и кто желает особых ощущений. А молиться может только христианин (в возвышенном смысле этого слова). Поэтому медитация не имеет ничего общего с молитвой, медитация — это чисто психосоматическое явление и совершается в нервной системе человека, а молитва — это транскосмическое явление и совершается вне пространства и времени. Медитация — это заключения человека в самом себе, а молитва — открытие человека для Бога, для вселенной (в духовном, а не физическом смысле этого слова). Еще одна наша ошибка — это идеализация техники молитвы. Мы жадно изучаем разного рода способы молитвы, надеясь усовершенствоваться в ней. Если для медитации особо важны технические приемы, так как без них она невозможна, то для молитвы необходимо внутреннее духовное очищение — особый духовный подвиг! Если же при молитве используются технические приемы молитвы, то исключительно для тренировки внимания, но техника молитвы помогает нам лишь концентрироваться, но никак не компенсирует дефицит любви. Без любви же молитва — беседа с Богом — не состоится! Теперь обратим наш взор на  первый эпиграф нашего предисловия. При его чтении наверняка возникает вопрос: как достичь такого молитвенного состояния? Этот вопрос будет более закономерным, если мы уточним, что человек, так молящийся, — простой юноша, «который ни долгих и великих постов не держал, ни бдений не совершал, ни на голой земле не спал, ни других подобных особенно тяжелых подвигов на  себя не  налагал, но, приведши на память грехи свои, познал свое окаянство и, осудив себя, смирился»4. И как он тогда смог так высокодуховно молиться? Для такой молитвы необходимо иметь веру, надежду и  любовь. Все  эти три составляющие духовности в  равной мере необходимы, чтобы 3 URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/Медитация (дата обращения 15.10. 2015). Творения преподобного Симеона Нового Богослова. М.: Сибирская Благозвонница, 2011. Кн. 2. С. 218. 4 4

[close]

p. 5

Предисловие молитва — беседа с Богом — состоялась. Без веры невозможно иметь надежду и любить; соответственно, невозможно молиться; без надежды вера неполная и  любовь несовершенная, а  значит, молитва не  духовная; без любви вера формальная и надежда эгоистичная, поэтому и молитва неполноценная. Только искренне веруя в Бога, безгранично надеясь на Его милость и самоотверженно любя Бога и людей, возможно возводить истинную молитву, и только такую молитву слышит Бог. Наш юноша именно так молился и поэтому он был немедленно услышан! Как будто все здесь предельно ясно, но проблема в том, что каждый человек по-своему понимает все эти три компонента духовности, у каждого свое определение веры, надежды и любви. О какой же вере мы говорим? Вера прежде всего — абсолютное доверие Богу. Без доверия вера всего лишь формальная декларация вероисповедания и не более. Мы, не задумываясь, повторяем слова молитвы Господней «Да будет воля Твоя», но почти никогда не принимаем Его святую волю, мы всеми силами стараемся «заставить» Бога, чтобы он все сделал так, как мы хотим, и только тогда радуемся, когда Его воля и наши устремления совпадают, а в остальных случаях мы всем сердцем печалимся, говоря в нашем сердце, что нам не везет или что у нас плохая судьба. Разговоры о судьбе — это человеческий вымысел, нужный нам для самооправдания. В реальности у каждого человека именно та «судьба», которая необходима для его обучения Христовой любви. Божий Промысел нас обучает именно по тем предметам, а то и по многим одновременно, по которым мы сильно отстаем: если у нас нет смирения, то нас смиряет, если нет любви, то показывает примеры милосердия, если нет молитвенного состояния, то подвигает к покаянию и исповеди и т. д. Счастлив не тот, кому удастся макcимально избежать жизненных неприятностей (что практически невозможно), а тот, кто научится смиренно и спокойно принимать их (что практично и разумно). Мы забываем, что жизнь наша нам дана не для того, чтобы в ней все хорошо устроить, и не для организации беспрерывных удовольствий, а для приобретения Христовой любви, что совершенно необходимо для вечной жизни. Чтобы жить с Богом любви в вечности, нам в этой жизни надо максимально сподобиться Ему. Поэтому жизнь наша не аттракцион земных удовольствий, а учебный полигон Божественной любви! Для приобретения такой любви, как в любой другой учебке, нужна скрупулезная и тяжелая работа над собой и нужно пройти через множество испытаний. Бог, любя нас и желая видеть нас в вечности, как истинный наставник и учитель, попускает на нас эти испытания, чтобы мы через терпеливое 5

[close]

p. 6

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве перенесение их обрели любовь и сподобились вечной жизни, поэтому Он, как настоящий отец, неумолим в вопросах нашего спасения и попускает все новые и  новые испытания, пока мы  не смиримся и  не скажем радостно, даже в горе: «Да будет воля Твоя!» Вот только такая вера есть предпосылка для настоящей молитвы! Но, как мы уже сказали, даже она недостаточна, если нет правильной надежды и правильной любви. Без правильной надежды и правильной любви вера превращается в бессмысленную принципиальность и обрядоверие! Есть, к сожалению, люди, имеющие железную веру или в Бога, или в какую-нибудь идею, но не имеющие надежду на Христа и не любящие всех своих собратьев, они через напряжение собственной силы воли твердо держатся своей веры, но такая вера не приближает их к Богу, она никак не помогает им молиться, а совсем наоборот, она уводит их от Бога! Именно такая вера приводит человека в разные секты и к разного рода фундаменталистским идеям, и он служит уже не Богу любви, а божку ненависти! Такой человек начинает искренно ненавидеть во имя Бога, что совершенно абсурдно! Человек, имеющий хоть малую часть раздражения и ненависти к кому бы там ни было, не имеет никакого общения с Богом и, естественно, не может молиться! Что мы  имеем в  виду, когда говорим о  правильной надежде? Надежда правильная и спасительная, когда мы во всем надеемся на милость Бога, когда мы во всех делах уповаем только на Христа, без него мы не можем ничего! Он и путеводитель, и сила наша во всех испытаниях! А если мы имеем надежду на наш интеллект, жизненный опыт, образование и т. п., то мы в полном заблуждении, и при такой надежде никакая молитва наша не будет услышана Богом! Христос  — Богочеловек есть наша единственная надежда, только через него мы обретаем истину нашего бытия — любовь, и только Он дает нам благодать для молитвы! Любая другая надежда уводит нас от  Бога! Но имея даже такую надежду, но не имея веры в спасательный Промысел Бога и не имея любви к собратьям, мы не можем молиться — беседовать с Богом, мы просто впадем в духовное иждивенчество, и это нас приведет опять к обрядоверию. Так люди обрекают себя на ненависть во имя Христа, что есть духовная смерть, и, естественно, они не могут возносить молитвы Богу любви! Что такое правильная любовь? Любовь правильная, когда она лишена эгоистических предпосылок, т. е. она самоотверженна и саможертвенна! Именно такую любовь показал нам наш Господь Иисус Христос, и  только при наличии такой любви возможна молитва! Без  такой любви молитва  — лишь формальный обряд, и она никогда не будет услышана Богом. С другой 6

[close]

p. 7

Предисловие стороны, вне молитвенного подвига приобретение такой любви невозможно, и как будто здесь замыкается какой-то заколдованный круг, но Бог, зная наше несовершенство, дал нам развязку этого узла — послал нам Своего Единородного Сына, который дал нам пример совершенной любви, необходимой для молитвы! И если мы через напряжение нашей силы воли всеми силами будем стараться равняться этой любви, постоянно призывая в нашем сердце Господа нашего, то даже наша несовершенная любовь станет основой нашей молитвы и Бог услышит нас! Но одна лишь любовь без полного доверия к Богу и совершенной надежды на Христа недостаточна для молитвы. Есть люди, которые самопожертвованно любят других людей и ради этой любви совершают неописуемые подвиги, но не верят в Бога, или не доверяют Его промыслу, или не имеют надежду на Христа. Как бы ни была возвышенна их любовь, она земная, и она не приближает их к Богу, соответственно, они не могут молиться! Только имея одновременно безграничную веру в Бога, совершенную надежду на Христа и самоотверженную любовь к Богу и людям, возможна настоящая молитва — искренняя и непосредственная беседа с Богом! Мы обсудили в нашем предисловии первый эпиграф, чтобы развеять миф о том, что молитва — это чисто монашеское делание. Молиться может и должен каждый человек, а чтобы она была услышана Богом, совершенно необходимы вера, надежда и любовь! Тогда зачем мы написали второй эпиграф, который как будто дает взаимоисключающий посыл? Конечно, это не  так, просто в них говорится о разном уровне молитвы. Молитва, описанная в первом эпиграфе, — естественная молитва настоящего христианина, как бы низшая планка молитвенного состояния, ниже которого не должен опускаться человек, позиционирующий себя как христианин, а во втором эпиграфе речь идет о высшей форме молитвы — о чистой молитве, которая достигается человеком сугубыми подвигами, и она действительно возможна только в монастырских или пустынножительных условиях. Чистая молитва — это земное предвкушение будущего вечного блаженства, и приобрести ее одними человеческими усилиями невозможно — это дар Божий, но даруется она исключительно выдающимся подвижникам духовной жизни. Вот вкратце механизм обретения человеком от  Бога совершенной чистой молитвы: сознание собственного несовершенства и греховности, по воле Божьей, приводит человека в глубокое покаяние, и он через силу собственной воли и в полном уповании на милость Божию решает переродиться в духе в нового человека. Через подвиги поста, бдения, молитвы и деятельной любви он очищает свое сердце 7

[close]

p. 8

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве и  постепенно приобретает Христову любовь, посредством чего в  его сердце образуется духовный мир и святая пустота, куда неминуемо водворяется Божия Благодать, после этого человек сам превращается в молитву, и он уже не беседует с Богом время от времени, как все остальные молящиеся, а соединяется с Богом и беспрерывно находится с ним, где бы его тело ни находилось. В этой книге мы  собрали творения о  молитве афонских подвижников XIX–XX веков, которые имели именно вышесказанную веру, надежду и любовь и которые особым монашеским подвигом с Божьей помощью обрели исключительный дар — чистую молитву. Они своей подвижнической жизнью очистили свое сердце, и Бог одарил их своей благодатью, и они, созерцая величие Божие, нам изложили суть своего опыта молитвенного пребывания в Боге. Через их творения мы можем более детально узнать, как молиться, чтобы Бог нас услышал. В их творениях мало говорится о той вере, надежде и любви, что необходимы для молитвы, они больше сконцентрированы на высших формах уже состоявшегося контакта с Богом, так как они все вышесказанное принимали как само собой разумеющееся. Мы назвали это собрание «Добротолюбием». Во-первых, потому, что, смиренно соглашаясь с преподобным Исааком Сириным, тоже уверены, что высшее добро для человека — это молитва в Божественной любви — реальная возможность общения со своим создателем — Богом. Во-вторых, в нем изложен опыт афонского исихазма последних двухсот лет после издания греческого «Добротолюбия» и оно является продолжателем традиций первоисточника. Афонские старцы неуклонно придерживались 1500-летней традиции исихазма, который берет свое начало в монашеских кругах Египетской и Нитрийской пустынях. Позднее в учении преподобного Григория Синаита он обрел свои совершенные формы, а стараниями св. Григория Паламы получил официальное одобрение Православной Церкви. Будем молиться, полностью доверяя Богу, совершенно надеясь на Христа, самоотверженно любя Бога и людей, и Бог услышит наши молитвы! 8

[close]

p. 9

Иеромонах Арсений (Минин) ИЕРОМОНАХ АРСЕНИЙ (МИНИН) Мирское имя — Александр Иванович Минин. Купец из города Чистополя Казанской губернии. Имя матери — Александра. Родился в 1823 или 1824 году. Поступил в Свято-Пантелеимонов монастырь в 1857 году, пострижен в мантию 6 марта 1859 года. Рукоположен в иеродиакона 8 июня, в иеромонаха — 14 июня 1861 года. Послушание проходил в канцелярии. С 1863 по 1869 год выезжал в Россию со святыней. В 1872 году отправился в Москву для устроения часовни, был первым ее  настоятелем. Ездил на Кавказ для устройства Новоафонской обители. 25  июля 1878  года последний раз посетил обитель и  прожил в  ней до  октября. Награжден набедренником и  палицею. Его  сестра Екатерина Шилова с  дочерью Ольгой были насельницами Новгородского Зверинского монастыря. Преставился в Москве 17 ноября 1879 года от роду 54-х лет. Отец Арсений был великим молитвенником и своих учеников всегда подвигал к  молитвенному подвигу. Написал книгу «О  молитве», которая выдержала семь изданий и широко распространилась по всей России. Это поучение о  молитве не  содержит указаний о  конкретных формах молитвы, а является общим поучением о значении и пользе молитвы. 9

[close]

p. 10

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве О молитве Усердие ваше к удаленной от мира пустынной обители нашей побудило меня потрудиться на  пользу общую, сколько было это по  слабым моим силам возможно. При  помощи Божией, руководствуясь Священным Писанием и указаниями св. Боговдохновенных отцов, я составил небольшую беседу о  молитве  — с  искренним желанием принести вам душевную пользу. Труд мой состоял более в том, чтобы взять из разных сочинений и свести воедино то, что сказано о корне всех добродетелей — молитве, от которой, как от благоплодного дерева, произрастает все доброе и Богоугодное, так что без молитвенного испрашивания помощи Божией мы не можем совершить ни одной добродетели. Суеты века отвлекают нас от Бога. Избавиться от пристрастия к ним можем мы не чем иным, как ежедневным размышлением о смертном часе, о Страшном Суде Божием и о неизвестности той участи, какая назначена будет каждому из нас. Это размышление для спасения души всего необходимее: оно очистит нашу молитву от  суетных помыслов, оно побудит нас во многом подумать о душе своей. Когда слышим или с усердием читаем что-либо душеполезное, тогда как бы спадает повязка с душевных наших очей и мы видим ничтожество этого земного, скоропреходящего, и стремимся духом к небесному. Но святые эти чувства, к сожалению, недолго занимают нас; суеты мирские вступают в свою силу, и мы, забыв душеспасительные вразумления, снова погружаемся в  море житейских забот, снова забываем, что есть у нас душа и что она должна явиться на суд Божий. В этом случае мы уподобляемся упоминаемому в св. Евангелии камню, на котором посеянное семя не имело корня, и хотя с радостью принято было, но плода не принесло: заботы житейские уничтожили его. Если вы, возлюбленные о Господе, искренно желаете, чтобы это душеспасительное семя не погибло на почве вашего сердца и принесло плод, то скажу вам, как достигнуть этого: во-первых, призвав Господа на помощь, поставьте себе непременным правилом, от настоящего же дня, каждое утро после молитвы уделять хоть несколько минут на размышление о том, что, может быть, близок уже час, в который душа наша должна разлучиться с телом, и какая судьба ожидает ее по выходе из тела. Исполняла ли она заповеди Божии? Усердна ли была к св. молитве? Искренно 10

[close]

p. 11

Иеромонах Арсений (Минин) ли  любила ближних? Имела ли  смирение, воздержание, терпение, заботилась ли о сохранении своей чистоты? Уготовила ли она себе на небе друзей в св. угодниках Божиих, которые бы походатайствовали за нее пред небесным Правосудием и помогли бы ей при прохождении мытарств? Нет ли на ее совести тяжких грехов, неочищенных сердечным раскаянием и добрыми делами? Вот на чем надо останавливаться своей мыслью и поставить себе непременным правилом глубоко помышлять об этом каждый день, в продолжение этой жизни, ибо жизнь иногда прекращается мгновенно, смертный час постигает вдруг. Для ежедневных размышлений о спасении души всего лучше назначать время утреннее, следующее тотчас за молитвой: тогда ум бывает свежее и менее озабочен земными хлопотами. Если же мы упустим из виду это правило, если не  установим определенного времени для размышлений о спасении души, то мирские заботы, как волны, могут увлечь нас в море житейское и мы кончим жизнь свою в грехах, смерть застигнет нас неготовыми. Между тем нам известно, что смерть грешников люта, а что следует за ней, то  еще страшнее и  мучительнее. В  оправдание свое мы  обычно ссылаемся на множество дел: «Некогда нам, говорим, ни помолиться с усердием, ни подумать о душе своей». Но как же быть? Разве тогда станем думать о ней, когда переселимся в вечность? Да не поздно ли будет? Для всего есть у нас время и усердие. Нет только ни того, ни другого для души. Душа считается как бы чем-то самым ничтожным, не заслуживающим нашего внимания. Бедная душа! В каком ты презрении! Тебе не посвящают ни одного часа, тогда как миру и плоти посвящаются все часы суток! Господь почтил тебя Божественным Своим образом, а мы грехами только обезображиваем этот святейший образ. Господь даровал нам при св. крещении брачную светлую одежду, а мы беззаконным житием только омрачаем и  оскверняем ее. Господь сотворил душу нашу бессмертную, а мы ей, бессмертной, уготовляем только вечные мучения. Мы возлюбили телесное паче вечного, скоропреходящее — паче всегда пребывающего. Где же хвастливый наш ум? Он изучает течение небесных светил, проникает в тайны природы, а не может и не хочет понять того, как необходимо спасти данную человеку от Бога душу! Постараемся, братья, от этого же дня переменить свою жизнь, раскаемся в грехах наших, положим начало новой благодатной жизни, будем каждый 11

[close]

p. 12

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве день уделять хотя один час на молитву и размышление о душе, — и Божия благодать осенит нас. Тогда безбоязненно предстанем на суд Божий, где каждый из нас примет воздаяние по делам своим. Кто богоугодно проводит настоящую свою жизнь, особенно кто благодушно переносит скорби, неизбежные на пути жизни, тому уготовано вечное блаженнейшее сожительство с Ангелами Господними, пресладкое лицезрение Божие и неизреченное наслаждение райскими красотами. А кто не заботится о душе своей здесь, того ожидает вечное, неутешное горе по смерти. Душа его, как сказано в Евангелии, ввержена будет в геенну огненную, где будет плач и скрежет зубов. Призвав на  помощь Господа, всегда милосердного к  кающимся грешникам, и  вверив себя материнскому покрову Владычицы мира и  молитвам св. угодников, будем отныне жить богоугодно, поставим себе правилом каждый день помышлять о спасении души своей, и Всеблагий Господь наш не отринет нас, но вчинит с ликами праведных, Ему благоугодивших. С таковым искреннейшим желанием был и пребуду навсегда. Ваш смиренный Богомолец, Иеромонах Арсений. 1875 год, св. Афон. Беседа о молитве «Непрестанно молитеся, о всем благодарите. И вся, елика аще вопросите в молитве, верующее, примите» (1 Сол. 5, 18; Мф. 21, 22) Как в  естественном состоянии младенец не  вдруг делается взрослым, но полной зрелости достигает мало-помалу, так и в состоянии духовном человек не вдруг из плотского и греховного может сделаться духовным, богоугодным, но  восходит на  эту высоту постепенно, подвизаясь в  добродетелях, во главе коих стоит молитва, ибо молитвой мы все испрашиваем у Бога, по сказанному Им: «Просите, и дастся вам»; а если не будем просить, то и не получим ничего; ни  одной добродетели не  совершим, если не  обратимся 12

[close]

p. 13

Иеромонах Арсений (Минин) с  молитвой ко  Господу, прося Его  помощи. Но  прежде, нежели приступим к молитве, мы должны знать, что есть молитва? Как и о чем надобно молиться? Что есть молитва? Молитва есть благоговейное стремление души человеческой к  Богу или сердечная беседа человека с  Богом, во  время которой человек, представляя Бога невидимо при себе находящимся, изливает пред Ним чувствования души своей и желания своего сердца. В Ветхом и Новом Завете есть множество указаний на  необходимость молитвы и  рассказов о ее высоком значении, которое вполне подтверждается примерами из жизни Спасителя и Его Апостолов, проводивших дни и ночи в молитве. Последователи их, упражнявшиеся в  этой высокой добродетели, опытно изведав необходимость и  благотворность молитвы, именовали ее  царицей и  ликоначальницей в лике добродетелей. Ни об одной добродетели так много они не сказали, как о молитве: она есть возвышение ума и сердца человека к Богу, благодаря ей человек вступает в сонм Ангелов и делается участником их блаженства, озаряется их мудростью. Молитва есть фимиам, благоприятнейший Господу, надежнейший мост для прохождения житейских волн искушений, необоримая стена всех верующих, безопасное пристанище, божественная одежда, облекающая душу в  великое благообразие и  красоту. Молитва  — мать всех добродетелей, хранительница целомудрия, печать девства. Верная оборона против всех ухищрений исконного врага нашего  — диавола. Поражай супостатов именем Христовым, т. е. молитвой, как поучают св. отцы, ибо крепче этого оружия нет ни на небе, ни на земле. Молитва — утверждение мира, умилостивление Бога о грехах, необуреваемая волнами пристань, просвещение ума, секира отчаяния, разрушение печали, рождение надежды, утомление гнева, заступница судимых, спасение погибающих. Она  и  кита сделала домом Ионе, Езекию от врат смертных возвратила к жизни, отрокам Вавилонским пламень превратила в росу. Молитвой св. Илия заключил небо: «не одожди по земли лета три и месяц шесть» (Иак. 5, 17). Даже и самые св. Апостолы, когда не могли изгнать нечистых духов, то Господь сказал им: «Этой род не исходит, токмо молитвой и постом» (Мф. 17, 21). В жизни человека нет ничего драгоценнее молитвы; она и невозможное делает возможным, трудное легким, неудобное удобным. Молитва столько же необходима для человеческой души, сколько воздух для дыхания или вода для растения. Кто не молится, тот лишается общения с Богом 13

[close]

p. 14

Афонское Добротолюбие о безмолвии и молитве и уподобляется сухому бесплодному дереву, которое посекается и в огонь ввергается (Мф. 7, 19). Кто не молится, тот не получает благословения Божия на дела свои, по реченному: «Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущии» (Пс. 126, 1). Несчастие для слепца не видеть света, но гораздо большее несчастие для христианина потерять расположение к  молитве, лишить душу свою Божественного света. В такой душе водворяется тьма, а по исходе из тела уделом ее будет тьма вечная. Вот в  кратком очертании значение и  сила молитвы, и  вместе ее  достоинства, и бедственное положение, в котором находятся люди, чуждые духа молитвенного. О чем и как нужно молиться? Молитва Господня «Отче наш» есть высшая из всех молитв, как излившаяся из  пречистых уст Самого Спасителя; в  ней сокращенно изложено, о чем мы должны молиться. Как же надо молиться? «Когда мы Царю Богу предстать и беседовать в молитве собираемся, — говорит св. Лествичник, — да не приступаем к этому не приготовившись, чтобы не выглядели мы как неимущие оружия и одеяния, приличного царского предстояния. Иначе Он повелит своим рабам и служителям взять нас и подальше от лица своего отбросить, и хартию прошений наших растерзав, бросит нам ее в лицо. А поэтому, приступая к беседе с Богом, мы должны отбросить от себя все житейское, не внимая никаким помыслам, которые во время молитвы восстают с особенной силой». Преподобный Кассиан Римлянин касательно молитвы дает следующее наставление: «Чтобы молитва была возносима с надлежащей горячностью, надо непременно отложить всякое земное попечение, и не только заботиться, даже думать не надо о каком-либо житейском занятии и предприятии». А св. Макарий Великий говорит так: «Когда ты устремляешь ум свой и мысли к небу, и хочешь соединиться с Господом, тогда сатана становится ниже твоих помыслов. Как  в  древности стены Иерихона пали от  силы Божией, так и теперь стены зла, препятствующие твоему уму, низвержены будут силой Божией. Стоя на молитве, помни, пред кем стоишь! Будь глух 14

[close]

p. 15

Иеромонах Арсений (Минин) и нем ко всякому тебя окружающему, призывай Господа на помощь, и Он поможет тебе. Надо исторгнуть с корнем всякое расположение к гневу, и вовсе истребить пагубное разжение плотской похоти, к чему бы она ни направлялась». Человек, стоящий на молитве, — то же, что воин на поле брани: тут время стяжания, драгоценные минуты духовной купли для того, кто противится врагу и, не внимая внушениям его, усиливается в молитве, трудится, подвизается, призывая на помощь Подвигоположника Господа. Искушения вражеские во время молитвы бесчисленны: враг в эти минуты приводит на память такие житейские дела, исполнение которых представляется необходимым и неотложным, а неисполнение влечет за собой важные потери. Но если хочешь, чтобы молитва твоя была услышана, то весь предайся воле Божией и отложи всякое попечение о житейском. Благодать Божия напомнит тебе и после молитвы о том, что действительно тебе нужно. Но если бы и случилось ради молитвы иное забыть и потерпеть от этого упущение в житейских делах, то так как это последовало ради Бога, то Он, Всеблагий, воздаст за это сторицей. Будь во время молитвы глух, слеп и нем ко всему и всем, кроме Бога. «Начало молитвы, — как пишет св. Лествичник, — состоит в том, чтобы отгонять помыслы при самом их появлении; средина ее есть то состояние, когда ум наш не расхищается помыслами, а совершенство молитвы состоит в восхищении к Богу от всего существа нашего». Восстав от  сна, первая мысль твоя да  будет благодарение Богу. С  этой же мыслью и ко сну отходи, имея в уме, что одр твой, быть может, сделается гробом твоим. Прощение обид, даже самых тяжких, необходимо для успеха в молитве, памятуя слово Апостольское: «Солнце да не зайдет во гневе вашем» (Еф. 4, 26). Ангелом Господним открыто было одному из монашествующих о следующем благоприятнейшем образе молитвы: прежде всего надо произнести искреннее благодарение Богу, потом исповедать грехи и с сокрушением души каяться в них, и наконец, да представляем Царю всяческие наши прошения. Видим из св. Евангелия, что некий судья исполнил просьбу одной вдовицы, убежденный лишь неотступностью ее, так же и друг, который сначала отказал было другу своему в просьбе его, но когда тот, не отходя от него, продолжал умолять, то он, наконец, уступил его настойчивости (Лк. 18, 5). 15

[close]

Comments

no comments yet