Балкарская общественная колесная дорога

 

Embed or link this publication

Description

Балкарская общественная колесная дорога

Popular Pages


p. 1

Б. Б. Темукуев БАЛКАРСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ КОЛЕСНАЯ ДОРОГА Нальчик Издательство М. и В. Котляровых 2008

[close]

p. 2

Искренне благодарю за помощь, оказанную при издании книги, Шамсудина Токаевича Темукуева, Бориса Хызыровича Мисирова, Кральбия Борисовича Жангуразова, а также выражаю свою признательность за содействие в подготовке ее к печати Мухаммату Хаджи-Муратовичу Жангуразову и Жанне Анатольевне Шогеновой Т32 Б. Б. Темукуев Балкарская общественная колесная дорога. – Нальчик: Издательство М. и В. Котляровых, 2008. – 672 с. + ил. 24 с. ч/б + 8 с. цв. ISBN 978-5-93680-227-0 В книге рассказано о строительстве горных колесных дорог на территории Нальчикского округа Терской области во второй половине XIX века по ущельям вдоль рек Баксан, Чегем, Черек Хуламский и Черек Балкарский. ББК 63.3(2Р–6КБ) Т 32 © Б. Б. Темукуев, 2008 © Издательство М. и В. Котляровых, 2008 2

[close]

p. 3

3

[close]

p. 4

Светлой памяти Асламурзы Абаева, Геурги Кюйгенова, Умара Темукуева – доверенных Балкарского общества на устройство колесной дороги по Черекскому ущелью – посвящается 4

[close]

p. 5

Поскольку в то время балкарцы, и не только они, не имели официальных документов, удостоверявших их личность, то писари, которые, как правило, не знали балкарского языка, писали имена и фамилии по-своему. Чтобы не было путаницы, после каждой фамилии в приводимых документах мы будем указывать в угловых скобках современный вариант написания фамилии (имени) или вариант, который чаще встречается в документах. Не стоит забывать, что с тех пор существенно изменился и русский алфавит. В квадратных скобках приведены некоторые слова, которые должны быть в предложениях по их смыслу, но которые нельзя было прочесть или отсутствовали в документе. В квадратных скобках также указаны номер источника и через запятую курсивом – для архивных дел – номер листа, а для книг – номер страницы. Старые русские единицы измерения и перевод их в систему СИ 1 пуд = 40 фунтов = 16,3805 кг ≈16,4 кг 1 золотник = 4,266 г 1 сажень = 3 аршина = 48 вершков = 2,13360 м ≈ 2,1 м 1 верста = 500 саженей = 1,0668 км ≈ 1,1 км 1 аршин = 0,7112 м ≈ 0,71 м 1 вершок = 44,45 мм 1 кубическая сажень = 9,712678 м3 ≈ 9,7 м3 5

[close]

p. 6

Предисловие В начале июня 1893 года комиссия в присутствии начальников Теской области и Нальчикского округа приняла в эксплуатацию дорогу, связывающую поселок Кашхатау с селением Чегет-Эль, с официальным названием – Балкарская общественная колесная дорога. Несмотря на то что грандиозность сооружения поражает воображение и сейчас, никто из наших современников не знает, кто и когда строил эту дорогу. Три человека: Асламурза Абаев, Геурги Кюйгенов и Умар Темукуев, так называемые дорожные доверенные Балкарского общества, в течение девяти лет занимались всеми проблемами дороги: они выбрали направление и отстаивали свой выбор перед начальством, земляками и подрядчиком, нанятым ими же, добывали бесплатный порох, распоряжались денежными средствами, следили за строительством дороги, а затем вошли в состав приемной комиссии, в то же время они никому не подчинялись и были ответственны только перед обществом, которое наделило их такими большими полномочиями. Не прошло и трех лет после принятия дороги в эксплуатацию, как настроение в обществе изменилось и дорожных доверенных обвинили в хищении крупной суммы из общественных денег. Из семейных преданий автору кое-что было известно про дорожные дела, поэтому он в первую очередь хотел выяснить, в какой степени прадед и его коллеги виновны. Денежные дела никогда не были простыми. Свидетели тех событий давным-давно покинули этот мир, нет в живых и тех, кто мог слышать доводы сторон. Нет даже человека, который мог бы уверенно показать старую дорогу, по которой из Балкарского общества по Черекскому ущелью перемещались на равнину. Осталась только колесная дорога, построенная под руководством дорожных доверенных, но их имена уже никто не помнит. На удивление сохранилось много документов по этому дорожному делу, поэтому вспомним всех участников событий поименно, а также расскажем и про то, кто, сколько и на что тратил общественные деньги, кто, когда и кого поддерживал, когда голос каждого члена общества еще имел вес. Борис Темукуев 6 июня 2008 года 6

[close]

p. 7

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Уполномоченные старшины от шести горских обществ в 1827 году отправились к командующему войсками Кавказской кордонной и Черноморской береговой линий, а по совместительству областному начальнику генерал-лейтенанту и кавалеру сербу Георгию Емануэлю в Ставрополь «для испрошения покровительства и защиты Всероссийского великого государя императора Николая Павловича». Там они 11 января пообещали, если их прошение будет принято, отдать своих детей в аманаты (заложники), «принять и на верность подданства присяги» императору и его наследнику, а затем заверили, что если «мы востребованы будем», то верой и правдой служить Его Величеству. Общества были представлены так: Урусбиевское – Мурзакул Урусбиев, Чегемское – Кельмамбет Баймурзов, Хуламское и Безенгиевское – Магомет Шакманов, Балкарское – Арслан <х>аджи Жанхотов, а Дигорское общество, ближайших соседей балкарцев, представляли Касай Кубадиев, Давлетука Абисалов, Бинагер Карабугоков, Соза Соватов и Татархан Туганов. В ведомости, завизированной Емануэлем, «о числе дворов дигорских и прочих народов, вновь покорившихся русскому правительству» отмечалось название народа, т. е. получалось, что как бы было шесть народов – дигорцы, балкарцы, чегемцы, хуламцы и безенгиевцы, урусбиевцы. Больше всего было дигорцев – 1000 дворов, соответственно балкарцев – 400, чегемцев – 200, урусбиевцев – 100, хуламцев и безенгиевцев – 100 дворов. Русским было тяжело разобраться в этнической принадлежности туземцев, поэтому на первых порах они их называли по месту жительства, как сейчас называют жителей различных городов – москвичи, пятигорчане и т. д. Тем не менее все они были включены в состав империи. В 1832 году были реорганизованы казачьи войска и сформирована единая Кавказская кордонная линия. В 1844 году на Кавказе было установлено наместничество. Первым наместником царя на Кавказе был князь Михаил Семенович Воронцов. Его на этом посту в 1854 году заменил Николай Николаевич Муравьев-Карский. В 1855 году умер царь Николай I, а 19 февраля того же года на престол вступил его старший сын Александр II. 7

[close]

p. 8

В 1856 году командующим войсками и наместником царя на Кавказе был назначен князь Барятинский Александр Иванович, активный участник войны на Кавказе с 1835 года. Под его командованием было сломлено сопротивление горцев. В 1859 году, с пленением имама Шамиля, заканчивается Кавказская война, Россия приступает к освоению новых территорий на Северном Кавказе, и переходит на полувоенное правление. Состояние население в 1859 году в горной части [25, 10–11]: 1860 год В 1860 году Кавказская военная линия была разделена на Терскую и Кубанскую области и Ставропольскую губернию. Области состояли из округов, а те – из участков. В составе Терской области был образован Кабардинский округ, в который вошли Большая Кабарда, Малая Кабарда и пять горских татарских обществ – Балкарское, Безенгиевское, Хуламское, Чегемское и Урусбиевское (Баксанское). Общества носили официальное название «Пять горских обществ, сопредельных с Большой Кабардою» [35, 141]. Начальник области и областное правление находились в городе Владикавказе, а начальник округа – в укреплении Нальчик. Главнокомандующий армией находился в городе Тифлисе. Вскоре были организованы некоторые окружные структуры: Кабардинское лесничество (весь лес, находящийся в его управлении, назывался Кабардинским общественным лесом, было бы правильно – Кабардинского округа общественный лес); Кабардинская общественная сумма, или правильно – Кабардинского округа общественная сумма. С изменением названия Кабардинского округа на Нальчикский названия этих структур сохранились, но появились и новые, как Нальчикский сло- 8

[close]

p. 9

весный суд, который было бы правильно называть – Нальчикского округа словесный суд. Отношение жителей гор к колесным дорогам, соединяющих их с плоскостью, в то время на Северном Кавказе было далеко не однозначное – одни считали это за благо, а другие – за зло; по-своему были правы те и другие. России во время войны было не до строительства колесных дорог, а втянутые в войну горцы разрушали имеющиеся. С окончанием войны на Кавказе все изменилось. Первым начальником Терской области был назначен СвятополкМирский Дмитрий Иванович (1825–1899), князь, генерал-лейтенант. Он возглавлял область в 1860–1865 годы. В округе первым на строительство дороги решился прапорщик Исмаил Мурзакулович Урусбиев, который в 1860 году с соответствующей просьбой обратился к главнокомандующему армией на Кавказе. 1861 год В 1861 году Кавказское линейное казачье войско разделено на две части: расположенное в Терской области получило имя Терского казачьего войска, а остальная часть Линии соединяется с Черноморской береговой линией в одно Кубанское войско. Первым наказным атаманом Терского войска был назначен генерал-майор Христофор Егорович Попандопуло, который находился на этой должности с 1861-го по 1865 год. Предписанием главнокомандующего армией генерала-фельдмаршала князя Барятинского от 31 января 1861 года № 181 прапорщик Исмаил Урусбиев получил разрешение на разработку колесной дороги по Баксанскому ущелью от своего фамильного аула Урусбиево 1 до аула Атажуко Атажукина 2. Царь Александр II подписал 19 февраля 1861 года Манифест об отмене крепостного права. В то время командующим войсками Кубанской и Терской областей был генерал-адъютант граф Евдокимов Николай Иванович. Из походного штаба войск Кубанской и Терской областей направили предписание от 4 марта 1861 года № 380 за подписью правителя канцелярии в Управление Кабардинского округа: «Господин 1 2 Современное название селения – Верхний Баксан. Современное название селения – Заюково. 9

[close]

p. 10

главнокомандующий вследствие ходатайства господина командующего войсками изволил разрешить: из таубиев прапорщику Урусбиеву дозволить разработку дороги по Баксанскому ущелью на свой счет с правом приобретения нужного для работ пороха по стоимости казне из артиллерийского ведомства и с назначением Урусбиеву для указания способов рвания камня посредством пороха от Кавказского саперного № 2 батальона трех человек опытных саперов. Его сиятельство граф Николай Иванович, сделав надлежащее распоряжение как об отпуске прапорщику Урусбиеву нужного для работ пороха из ближайшего к месту работ артиллерийского парка, так и о назначении 3-х человек саперов от Кавказского саперного № 2 батальона, поручил мне покорнейше просить Управление начальника Кабардинского округа объявить распоряжение это прапорщику Урусбиеву вследствие докладной записки от 24 декабря прошлого года за № 3» [1, 1–2]. В округе идею строительства дороги поддержали. Начальник Кабардинского округа генерал-майор князь Вахтанг Вахтангович Орбелиани подписал предписание от 16 марта 1861 года за № 404: «Отношение это для объявления содержания оного прапорщику Исмаилу Урусбиеву, препровождая к господину баксанскому участковому начальнику, предлагаю об исполнении сего донести мне на сем же, равно и о том, когда Урусбиев намерен приступить к работам, чтобы к тому времени выслать саперов» [1, 3]. Не спешил почему-то баксанский участковой начальник, который только через два с половиной месяца направил донесение от 1 июня 1861 года за № 584 начальнику округа Орбелиани о выполнении его поручения: «Содержание отношения № 380 мною прапорщику Исмаилу Урусбиеву объявлено, что же касается о времени начатия работ, то прапорщик Урусбиев объявил, что он приготовляет материалы и о времени приступления к работам им будет донесено своевременно» [1, 3]. Пока прапорщик Исмаил Урусбиев раздумывал, помощник командующего войсками в Кубанской и Терской областях в звании генерал-лейтенанта направил отношение от 24 мая 1861 года за № 1129 начальнику округа Орбелиани: «Препровождая при этом Вашему сиятельству для сведения и зависящего распоряжения копию с ко мне [направленного предписания] господина командующего войсками Терской и Кубанской областей, за № 379, относительно дозволения из таубиев прапорщику Измаилу <Исмаилу> Урусбиеву заняться разработкой на свой счет дороги по Баксанскому ущелью, имею честь присовокупить, что о назначении к прапорщику Урусбиеву 10

[close]

p. 11

трех саперов, сведущих в минерном искусстве, а также об отпуске к нему для производства поясненных работ потребного количества пороху мною вместе с сим предложено командиру Кавказского саперного № 2 батальона и начальнику артиллерии Терской области» [1, 6]. Не получив своевременно ответа от Исмаила Урусбиева, начальник округа Орбелиани подписал от 9 июня 1861 года за № 930 предписание: «Отношение это для объявления содержания оного прапорщику Урусбиеву, препровождая к господину баксанскому участковому начальнику, предлагаю Его высокоблагородию поспешить исполнением надписи моей от 16 марта за № 404 относительно доставления по изложенному здесь предмету сведения, вместе с тем вызвать ко мне немедленно Урусбиева» [1, 7]. Баксанский участковый начальник 1 июля 1861 года доложил: «Содержание настоящей переписки мною прапорщику Исмаилу Урусбиеву объявлено, который вместе с сим и вызван к Его сиятельству начальнику Кабардинского округа, господину генерал-майору и кавалеру князю Орбелиани» [1, 6]. В Нальчике прапорщик Исмаил Урусбиев подал 7 июля 1861 года докладную записку на имя начальника округа генерал-майора Орбелиани: «На основании словесного мне объявлении о высланных трех нижних чина Кавказского саперного № 2 батальона по ходатайству Его сиятельства графа Евдокимова для указания работы имею честь покорнейше просить ходатайства Вашего сиятельства о разрешении выдачи мне пороху из Нальчикского артиллерийского парка, как из ближайшего к месту производства работ дороги, скорейший успех коей будет зависеть от скорой возможности получить порох, а до того времени займусь нивелированием дороги и приготовлением необходимых материалов. Относительно высланных саперов, не оставьте отдать распоряжение их прикомандировать к Кавказскому линейному № 7 батальону» [1, 9]. К тому времени, когда Урусбиев подавал свою записку начальству, саперы были уже на подходе к Нальчику. Командир Кавказского саперного № 2 батальона полковник Жуков подал рапорт начальнику округа генерал-майору Орбелиани: «Помощник командующего войсками в Кубанской и Терской областях г-н генерал-лейтенант Кемферт, основываясь на предписании генерал-адъютанта графа Евдокимова от 4 марта за № 379 приказать изволил: назначить трех нижних чинов вверенного мне батальона, к прапорщику Измаилу <Исмаилу> Урусбиеву для указания способов рвания камня по разработке дороги в Баксанском ущелье. 11

[close]

p. 12

Донося о сем Вашему превосходительству и препровождая при сем трех рядовых минеров: Егора Хватова, Данило Литвинова и Алексея Самосадова – при аттестатах на провиант за № 706, и категорическое довольствие за № 707, имею честь покорнейше просить о прибытии названных не оставить мне уведомлением» [1, 4]. Полковника Жукова уведомили отношением от 13 июля за № 1158 о прибытии трех саперов в Нальчик [1, 5]. Начальник округа хотел помочь Урусбиеву в его начинании: так Орбелиани предписанием от 13 июля 1861 года за № 1157 приказал донести ему «в возможной скорости, какое количество в настоящее время в Нальчикском запасном парке состоит пороху» [1, 11]. Орбелиани направили донесение от 19 июля 1861 года за № 663: «В Нальчикском запасном парке состоит пороху мушкетного сто пятнадцать пудов три фунта и крепостной артиллерии семьдесят один пуд тридцать четыре фунта» [1, 10]. Начальнику артиллерии войск Терской области начальник округа Орбелиани направил отношение от 22 июля 1861 года за № 1225 в котором говорилось, что прапорщик Урусбиев хочет получить порох для дорожных работ из Нальчикского запасного артиллерийского парка и «что в парке том состоит пороху мушкетного 150 пудов 3 фунта и крепостной артиллерии 71 пуд 34 фунта» [1, 10]. Начальник артиллерии войск Терской области в звании генералмайора направил из Владикавказа отношение от 29 июля 1861 года за № 4430 начальнику округа Орбелиани: «Об отпуске пороха из Георгиевского артиллерийского склада по казенной цене и требованию прапорщика Урусбиева пороха для разработки дороги по Баксанскому ущелью сделано мною распоряжение 27-го минувшего мая; из Нальчикского склада отпуск этот не может быть производим, ибо в нем имеется весьма малое количество мушкетного пороха, который на дорожные работы не расходуется, а вообще на это дело определено употреблять пушечный порох, в экстренных же случаях в военное <время> и мушкетный, но малогодный для артиллерийского употребления, кроме того, в Нальчикском складе хотя и состоит пушечного пороха 71 пуд 34 фунта, но порох этот исключительно принадлежит крепостной артиллерии, состоящей на вооружениях, и поэтому ни в коем случае не может быть расходуем на дорожные надобности. О чем Ваше сиятельство имею честь уведомить <в ответ>, на отношение от 22 июля за № 1225» [1, 12]. 12

[close]

p. 13

С какого склада и в каком количестве получил порох прапорщик Исмаил Урусбиев – неизвестно. Непонятно, где он тогда служил, но скорее всего в Нальчике. Его брат, Хамурза Урусбиев, служил в другой области. То ли у Исмаила Урусбиева не было времени, то ли по какой-то другой причине, но для надзора над дорожными работами он вызвал брата. Штаб войск Кубанской области, находящийся в Ставрополе, подал рапорт от 10 октября 1861 года за № 6873 в штаб войск Терской области: «Вследствие ходатайства г-на командующего войсками от 8 августа за № 1191 основанного на прошении прапорщика Исмаила Урусбиева, о прикомандировании к Кавказскому линейному № 7 батальону родного брата просителя прапорщика Кубанского пехотного полка <Хамурзы> Урусбиева, для присмотра за разработкой дороги по Баксанскому ущелью, производимой Исмаилом Урусбиевым, дежурный генерал Главного штаба армии рапортом от 22-го августа за № 7688 уведомил генерал-адъютанта графа Евдокимова, что господин командующий армиею изволил разрешить назначить прапорщика Кубанского пехотного полка <Хамурзу> Урусбиева для надзора за разработкой упомянутой дороги по Баксанскому ущелью, не прикомандировывая его к Кавказскому линейному № 7 батальону. Уведомляя об этом штаб войск Терской области, имеет честь покорнейше просить о вышеозначенном разрешении объявить прапорщику <Исмаилу> Урусбиеву на докладную записку его к командующему войсками от 13 июля сего года» [1, 13–14]. Работы на строительстве колесной дороги по Баксанскому ущелью шли успешно. Штаб войск Терской области направил отношение от 27 октября 1861 года за № 2863 начальнику Кабардинского округа с предложением вернуть трех саперов к месту службы, так как «вследствие холодов и вообще позднего осеннего времени работы должны прекратиться» [1, 16]. Однако работы шли так успешно, что саперов не хотели отпускать. Помощник начальник округа направил донесение от 4 ноября 1861 года за № 1731 полковнику Васильеву: «На отношение Вашего высокоблагородия к господину начальнику Кабардинского округа от 27 октября за № 2863 Его сиятельство имело честь донести, что об отправлении трех человек саперов, находящихся в распоряжении прапорщика Исмаила Урусбиева для указания способов рвания камня по разработке дороги по Баксанскому ущелью, по месту их службы еще 21 октября было сделано распоряжение, но прапорщик Урусбиев объявил, что при настоящей благоприятной погоде он еще занимает- 13

[close]

p. 14

ся разработкой дороги, и поэтому просил оставить их до наступления холодов, и я, имея в виду требование их, не мог отказать в просьбе Урусбиеву; но так как это было до получения отношения Вашего высокоблагородия № 2863, то имею честь покорнейше просить, <с> уведомлением генерал-майора князя Орбелиани, можно ли оставить здесь означенных саперов до наступления холодов» [1, 17]. Командиры, находившиеся во Владикавказе, не хотели на зиму оставлять саперов в Нальчике. Начальник штаба войск Терской области направил отношение от 20 ноября 1861 года за № 3032 начальнику округа Орбелиани: «Вследствие донесения помощника Вашего сиятельства от 4 сего ноября за № 1731 господин командующий войсками просил меня покорнейше просить Ваше сиятельство о том, что бы три человека саперов, находящихся в распоряжении прапорщика Исмаила Урусбиева, для указания способов рвания камня при разработке дороги по Баксанскому ущелью, были бы спущены в батальон немедленно по закрытии означенных работ, с наступлением сильных холодов. Очень не оставьте своевременно донести Его сиятельству князю Дмитрию Ивановичу» [1, 18]. В штабе войск было инженерное отделение, в ее компетенцию входили и дорожные работы. Прапорщик Кубанского пехотного полка Хамурза Урусбиев, командированный из части в Нальчик для наблюдения за строительством, подал рапорт от 22 ноября 1861 года за № 3 начальнику округа Орбелиани: «На предписание Вашего сиятельства от 16 ноября за № 1805 имею честь донести, что производимые нами работы по устройству дороги в Баксанском ущелье по случаю наступления холодов прекращены до открытия предстоящей весны и в данных нам трех саперах до того времени нет надобности. Разработанная дорога в нынешнем году между Урусбиевским аулом [и] р. Куркужан <Герхожан> на расстоянии 20 верст весьма удобна для колесного сообщения и прочно устроена; местами, где встречались большие затруднения для работ, сделана шириною 2 сажени, а где было меньше затруднения, могут свободно разъехаться два экипажа» [1, 21]. Начальник округа Орбелиани, желая проверить радужный доклад брата Исмаила Урусбиева, подписал предписание от 28 ноября 1861 года за № 1906: «В дополнение рапорта этого прошу господина баксанского участкового начальника лично освидетельствовать произведенные работы по устройству дороги в Баксанское ущелье и об оказавшихся донести мне надписью на сем же. Если Его высокобла- 14

[close]

p. 15

городию в настоящее время нельзя отлучиться по каким-либо служебным причинам… то он может послать туда своего подчиненного». Начальник участка в звании майора так и сделал: «Вследствие надписи за № 1906 предложено господину корнету Шарданову лично освидетельствовать произведенные работы по устройству дороги в Баксанском ущелье и об оказавшемся донести мне надписью на сем же» [1, 22]. Начальник округа направил отношение от 28 ноября 1861 года за № 1909 командиру Кавказского саперного № 2 батальона полковнику Жукову: «По неимению в настоящее время в рядовых вверенного Вам батальона Егоре Хватове, Даниле Литвинове и Алексее Самосадове, присланных при рапорте Вашем, надобности, препровождаем при сем к Вашему высокоблагородию» [1, 20]. Корнет Шарданов проверил работу, проделанную на средства братьев Урусбиевых, и направил донесение от 10 декабря 1861 года за № 29 начальнику Баксанского участка, где, в частности, отметил, что «при личном осмотре мною работ, произведенных в Баксанском ущелье, нашел следующее: что дорога произведена и устроена от селения Корхужан <Герхожан> до аула Урусбиева прочно для колесных сообщений, так что без затруднения можно проехать фургоном (тройкою) лошадей, и вместе с тем есть узковатые [участки], но тройкой проехать возможно» [1, 21]. Переписку от 14 декабря 1861 года за № 1165 с донесением корнета Шарданова начальник участка направил начальнику округа [1, 23]. Итак, закончился первый сезон строительства дорожных работ в Баксанском ущелье. Саперы Хватов, Литвинов и Самосадов показали туземцам, как с помощью пороха разрывают камни. Надо полагать, что у местного населения такого опыта не имелось, так же как и не было в достаточном количестве пороха для разрыва камней. Местные охотники умели изготавливать порох, но не в таком количестве, чтобы его было бы достаточно для строительства дорог, да и качеством местный порох был ниже российского. Теперь что касается технических характеристик пороха. Все взрывные работы в то время производились с помощью пороха, так как динамит еще не изобрели. Порох – твердая (конденсированная) уплотненная смесь взрывчатых веществ, характеризующихся протеканием в узкой зоне самораспространяющихся экзотермических реакций с образованием, главным образом, газообразных продуктов. Горение пороха обусловлено передачей тепла от слоя к слою и 15

[close]

Comments

no comments yet